Книга Счастливчик, страница 57 – Татьяна Солодкова

Отсмеявшись, Томас все же тянется к оладьям. Мне не жалко, их много.

— А я тебя еще в первый день предупредил, чтобы засунул свое дружелюбие в… — икает, теряя окончание предложения, которое и так очевидно. — Мы тут в своей каше варимся. Никому здесь не нужен чистенький мальчик из приличной семьи.

У одной "золотой", у другого "чистенький".

— Помню, — киваю, — благодарю за совет.

— Но ты не слушаешь советов, — морщится Томас, снова наполняя стакан, но уже на четверть, — весь такой самостоятельный, целеустремленный. А? — мутные глаза останавливаются на моем лице.

— Вообще-то, нет.

— Но выпить со мной брезгуешь.

Ну, если в этом дело — не вопрос.

Встаю, уношу стакан из-под молока, возвращаюсь с чистым. Томас смотрит недоверчиво.

— Наливай, — подтверждаю, что не шучу. — Только не как себе в прошлый раз, полный я не осилю.

Хозяин бутылки кивает и наливает четверть, как себе.

— Ну, как тут не начать пить, а? — спрашивает меня, подпирая кулаком подбородок. — Атмосфера скорби и уныния. У-ны-ни-я.

Что есть, то есть. Даже не пытаюсь возражать. Выпиваю содержимое своего стакана. Горло обжигает, в желудке тут же расцветает огненный цветок.

— Отлично, да? — усмехается Томас.

— Угу, — бормочу, быстрее хватаясь за оладью, — дрянь еще та.

— О чем и речь, — расплывается в гордой улыбке. — Забористая.

Я бы назвал эту штуку не забористой, а термоядерной. Но о вкусах не спорят.

— Томас, — решаю ловить момент, пока тот настроен на "выпить и поговорить", — а ты на корабле кто?

— Я-то? — икает.

— Ты-то, — киваю.

Вот Норман отвечает за грузы, и ему это подходит. Так и вижу его, с серьезным видом заполняющего накладную на выдачу-получение. Кто такой Эд, тоже понятно. Он — сила, охрана, защита. А кем может быть Томас? Этот человек не ассоциируется у меня ни с чем.

— Я бухгалтер.

Моргаю от неожиданности. Хорошо, что мы не играли в "Угадай профессию", я бы проиграл.

— Что, не похож? — опять щурится.

Пожимаю плечом.

— Я не спец в бухгалтерах, — Томас хмыкает и ничего больше не говорит, но мне становится интересно. — А цифры не путаются? — указываю на бутылку.

В ответ бухгалтер "Старой ласточки" разражается смехом.

— Парень, — стонет сквозь смех, вытирает выступившие слезы рукавом, — какие цифры? Нет прибыли, считать нечего.

— Убытки? — предполагаю. Их тоже, насколько мне известно, следовало бы считать.

— К черту, — считает иначе мой собеседник, — лучше не знать.

Надеюсь, это шутка. Хотя, разумеется, это не мои деньги и не мои проблемы. Своих денег у меня в принципе нет — не заработал.

— Не зли больше Джона, — Томас резко прекращает смеяться и возвращается к нашим баранам, даже взгляд проясняется. — Все, что связано с Кларой, для него свято.

Клара, значит. Клара Роу.

Бухгалтер снова наливает себе и мне. Не спорю, голова пока абсолютно ясная.

— Ему надо к психотерапевту, — высказываюсь. Очень нужно, и не к такому, как мой друг Лэсли, а к настоящему, опытному.

Томас опять смеется.

— Скажи это ему — и прощай. Точно выкинет в шлюз.

— Спасибо, учту, — благодарю за очередной "бесценный" совет. Роу не собирается разговаривать со мной до Альберы, так что ничего не смогу ему сказать, даже если бы захотел. На самом деле, не хочу, в прошлый раз я достаточно высказался. Остальное — не мое дело.