Книга Дети войны, страница 112 – Влада Медведникова

— Я, – говорит Тирэшта и выходит из толпы.

У нее в руке копье, расписанное яркими красками, перемотанное шнурами, еще не знающее человеческой крови. Тирэшта, моя юная ученица. Посвященный источнику хотел учить ее, из Эраты приходили звать ее, но она выбрала меня своим учителем. Пять лет назад я открыл дверь, а на пороге стояла Тирэшта. Половина волос отрезана в знак ее выбора и бунта, в ладонях черные и алые камни – дар для меня.

Все остальные молчат. Старшие звезды поворачиваются и уходят, остальные тянутся следом. Я знаю, куда они идут, – к сердцу деревни, к источнику звездного света и нашей силы. Они станут просить у него защиты.

Но этого мало, мы должны сражаться.

Я смотрю на Нирани, смотрю на Тирэшту. Без слов я говорю им: Я люблю вас.

Нирани берет меня за руку. У Тирэшты в глазах блестят слезы.

Нам нужно торопиться.

Ветер бьет в лицо. В нем соль и сотни незнакомых запахов – они душат меня, стремятся пробраться к сердцу, наполнить его пеплом вместо крови. Я бросаю взгляд на запад: там горы смыкаются с морем, солнце уже стало алым, почти коснулось вершин. Я хочу предупредить тех, кто поет сейчас в горах, хочу предупредить весь мир, но это невозможно.

Тропа поворачивает – я натягиваю лук на бегу, тетива полна песен, стрела может пробить скалы, – и нам открывается берег.

Лодки уже здесь.

Они огромны. Так огромны, что не могут приблизиться, пройти меж острых прибрежных скал. Словно скорлупа гигантских орехов, качаются на волнах. Крылья, алые в лучах заката, раздуваются над ними, заслоняют небо. С бортов течет вода, свисают водоросли, ракушки облепили деревянные планки.

Чудовища из снов, воплощение кошмаров моря.

Они не могут причалить, но среди волн мелькают маленькие лодки – они обходят черные зубья скал, движутся сквозь пену и брызги. Их так много – они заслоняют воду, закрывают отблески солнца. И в каждой лодке множество весел, они взлетают и падают дружно.

Сколько людей плывут к нам и сколько еще таятся внутри чудовищ?

— Где их оружие? – спрашивает Нирани. – Я не вижу.

На мгновенье я надеюсь вместе с ней: я ошибся, это не буря.

Но новый порыв ветра обдает нас горьким дымом, слова гаснут в горле, песни кричат в сердце.

С чудовищных лодок взлетают птицы. Их сотни, их тысячи, их не сосчитать. Серые крылья затмевают небо, воздух полнится сажей и вкусом пепла, чужая сила рвется к нам, хочет, чтобы звезды погасли и смолкли песни.

И я вижу – это не птицы, это люди, надевшие крылья, захватившие небо. И я не могу ошибиться, я знаю – это воины, и в руках у них оружие.

— Учитель, мы справимся? – спрашивает Тирэшта. – Их так много.

Это буря.

— Убей всех, кого сможешь, Тирэшта. – Я говорю так и знаю – это мое последнее наставление. – Останови всех, кого сможешь.

Она кивает.

Стрела срывается с тетивы, рассекает крыло чужака. Копье падает в лодку, пьет первую кровь. Песня взлетает, огнем течет по земле.

Гром раскатывается по небу множеством ударов, далеких и близких. Молнии вспыхивают, падают вокруг меня: белый огонь, душащий дым, оружие врагов.

Я выхватываю из воздуха песню – первую, что могу вспомнить. Она становится клинком в моей руке, обжигающим и ледяным. Швыряю клинок вверх, он летит, калеча крылья и души врагов.

Я убью всех, кого смогу. Остановлю всех, кого смогу.