Книга Тигель, страница 8 – Влада Медведникова

— Мы можем шаманку отправить, пусть переключит! Дух ее прикроет.

— От такого излучения? Даже если получится, это их спаяет сразу, потом не разделить. Гони к горам! Что ты жалеешь машину, включай полную скорость, если поднажмем – успеем.

— Не успеют, – прошептала Хиша и отпустила Риза.

Он обернулся.

Хиша сжимала кулаки, но губы у нее дрожали, а глаза словно стали еще больше. Испугалась? Заплачет?

Холод накатил с новой силой, заморозил дыхание, разодрал сердце болью. Повозка ползет по земле, она не взлетит в небо, как звенящие колесницы верхнего мира. Не сумеет оторваться от бури, та нагонит ее, обрушит нестерпимый жар. Взрослые сгорят, а Риз не почувствует ничего за стеной стужи. Может, и Хиша спасется вместе с ним. Но они останутся одни посреди пустыни.

— Нам нужно вылезти наружу. – Голос Хиши стал слабым и ломким. Не узнать. – Включим защиту.

— А ты знаешь как? – спросил Риз.

— Да, – кивнула Хиша. – У нас был похожий вездеход, только старый, не ездил, но… – Она запнулась. И тут же вскинулась, снова схватила Риза за руку. – Идем!

Пол шатался, визжали шестерни и поршни. Риз спотыкался, пытался не отстать от Хиши и сам не заметил, как оказался в закутке с тусклой лампочкой под потолком. На стенах висели шлемы с прозрачными забралами и потрепанные плащи. Хиша сорвала с крюка огромные рукавицы, поспешно надела – ее руки утонули по локоть. Кинулась к выходу, крутанула штурвал. Дверь застонала, поддалась неохотно. В повозку ворвался едкий ветер.

Хиша оглянулась на Риза, но ничего не сказала и вылезла наружу.

Ноги налились свинцовой тяжестью, мышцы закоченели. Риз зашипел, ухватился за край двери и выбрался вслед за шаманкой.

Повозку встряхнуло – Риз едва не упал, привалился к выгнутому борту. Ветер выл, швырял клубы пыли, а над головой бурлило темное небо. Где же Хиша?

Ростки силы таяли на скобах, вбитых в бок повозки. Риз ухватился за них и полез наверх. Ступень за ступенью, мучительный путь: следы тепла ускользали, пальцы немели от холода.

— Скорее, давай! – Хиша вцепилась в него, помогла взобраться. – Вон переключатель, на корме!

Риз выпрямился и увидел тьму.

Она кружилась, вздымалась черным столбом, растекалась по небу. С каждым мигом смерч рос, приближался. Повозка раскачивалась, мчалась все быстрей, но без толку – не могла оторваться от тьмы. Вот-вот та настигнет, погребет под собой.

Риз замотал головой. Смерч пока далеко!

Хиша уже стояла на корме возле острого выступа – он торчал в спине повозки, как железный плавник. Шаманка топнула изо всех сил – и плавник распахнулся, открыл лихорадочно мигающие лампочки и разноцветные рычаги. Она схватилась за красный, потянула, навалилась всем телом.

Рычаг не шелохнулся.

Риз прыгнул к ней. Тяжелые, непослушные ступни громыхнули о крышу, боль полоснула так, что потемнело в глазах. Но он не остановился. Взялся за рычаг, надавил и зарычал от бешенства и обиды.

Не хватает сил, все здесь неподъемное, не сдвинуть!

Тьма неслась, хохотала и выла, позади ничего не осталось, лишь чернота. Риз закрыл глаза.

Руки такие тяжелые – так пусть станут еще тяжелей! Пусть превратятся в глыбы, в горы, лягут на рукоять немыслимым грузом, заставят ее опуститься.

Металл раскалился, опалил ладони. Жар хлынул со всех сторон – будто не мир, а огромная печь. Риз задохнулся от зноя и злости и упрямо налег на рычаг.