Книга Неизбежность, страница 54 – Ева Яма

— «У тебя есть невеста», — он усмехнулся, но в этом не было ни капли веселья. — Даже не спросил. Не подготовил. Просто… сказал. Как будто это всегда было частью моей жизни, просто я о ней не знал.

Я чувствовала, как внутри у него все это снова поднимается — не словами, а чем-то глубже.

— И знаешь, что было самым паршивым? — он чуть наклонился ближе. — Я сначала даже не понял, что это значит, — принц покачал головой. — Не сразу дошло, что это не просто союз. Не договор, который можно обсудить. Это… конец.

Слово повисло в воздухе.

— Конец той жизни, к которой я привык. Конец выбора. Конец свободы, к которой меня приучили с детства, — голос стал тише. — А потом я увидел тебя.

Я невольно задержала дыхание.

— И все стало окончательно реальным.

Он смотрел на меня так, будто пытался объяснить то, что сам до конца не принял.

— Ты стояла там… и была не просто «обязательством». Не просто именем в договоре. Живым человеком, — Рей провел языком по губам, будто слова давались с трудом. — И в этот момент я понял, что уже ничего не вернуть, — Рейнар сжал челюсть. — Я не знал, как с этим быть. Не знал, как… принять тебя. Себя. Все это.

Он на секунду закрыл глаза.

— Поэтому я делал единственное, что умел — отталкивал, — его взгляд снова вернулся ко мне. — Грубо. Жестко. Так, чтобы ты сама захотела уйти. Чтобы ты пошла к отцу и отказалась. Чтобы все это… развалилось без моего участия. Удобно, да?

Рейнар горько усмехнулся.

— Сандра… — он замялся, но все же продолжил. — Сандра была частью той жизни. Понятной. Простой. Где не нужно ничего решать, кроме того, кого ты хочешь видеть рядом сегодня, — чуть сжал пальцы на моих плечах. — А потом появилась ты. И все, что было до этого… перестало работать.

Тишина повисла между нами. Тяжелая. Настоящая.

Я слушала. И внутри это не превращалось в оправдание. Но складывалось в понимание. Тяжелое. Неприятное. Настоящее.

— Ты мог сказать, — тихо произнесла я, отстраняясь.

Он замер.

— Ты избегала...

— Потому что ты чуть не убил меня!

Я толкнула его сильнее, чем хотела. Он отступил на шаг, выдохнул сквозь зубы, и в этом выдохе было больше напряжения, чем в любом крике.

Воздух обжёг легкие, собирая меня обратно — по кускам, как делала это каждый день.

— Делай, что хочешь, — сказала я уже ровнее. — Я тоже буду делать, что захочу.

Плотная тишина между нами натянулась.

— Я выполню клятву, — добавила я, отворачиваясь к окну. — Но на этом все.

Он долго не отвечал.

Я почти чувствовала, как в нем что-то сдерживается.

Потом — резкий удар.

Кулак врезался в стену так, что по полу посыпались мелкие камни.

Я вздрогнула, но не повернулась.

— И как ты думаешь, это будет выглядеть?

— А сейчас тебя это волнует?

Он подошел ближе.

Я чувствовала его присутствие спиной — тепло, напряжение, дыхание.

— У тебя своя жизнь, Рейнар. У меня — своя.

Резкое движение — и я оказалась прижатой к стене. Воздух выбило из груди. Он наклонился ближе, и в этом расстоянии было что-то опасное — не физически, глубже.

— Я не буду молчать и терпеть. Но...

Имя он не произнес — как будто само его существование раздражало.

Во мне снова вспыхнула злость.

— Это я терплю!

Голос сорвался. Я толкнула его.

Раз.

Еще.

— Уходи…

Сначала тихо. Почти просьба.

— Уходи!

Била его, уже не контролируя ни силу, ни движение.