Книга Неизбежность, страница 206 – Ева Яма

— Буду. Потому что у нас нет времени на твои истерики.

Тепло внутри дернулось, как от пощёчины. Я сжала зубы, заставляя себя успокоиться.

Тогда говори по делу, — я закатила глаза, но вслух промолчала.

Тишина продлилась всего пару секунд и уже начала давить на виски.

— Разлом не просто открыт, — продолжила Кайя. — Он шире с каждым годом.

В смысле?

— В прямом. Это не дыра. Это процесс.

Какой еще процесс? — я нахмурилась, вглядываясь в тлеющие угли.

— Поглощение.

Что?

— Разлом должен был быть закрыт вскоре после моей клятвы Верховным, но этого не случилось.

Потому что ты умерла.

— Потому что союз не был заключён.

Я медленно выпрямилась, чувствуя, как по спине пробегает холод.

То есть…

— Пока брак не совершён, разлом будет расти.

Голос Богини стал напряжённее, но Кайя не заставила себя ждать:

— В этом состоянии он тянет энергию из обоих миров. Искажает их. Смешивает.

Перед глазами вспыхнули образы: магия, боль, чужие тени, пожирающие реальность.

Поэтому все разваливается…

— Поэтому все еще держится, — резко поправила Кайя. — Но недолго.

Пальцы непроизвольно хрустнули.

И брак — это… что? Печать, закрывающая ворота?

— Нет. Это объединение энергии.

Объясни нормально.

Кайя раздражённо выдохнула прямо мне в сознание:

— Сейчас миры наложены друг на друга. Неправильно. Неустойчиво. Брак создаёт стабильную, неразрывную связь между носителями двух сторон — и дает достаточно энергии...

... чтобы закрыть его...

Замерло не только мое тело.

— Прямо через нас?

— Да.

То есть мы... центр?

— Да.

Пульс ощущался где-то в горле.

Это звучит как смертельно.

— Ну, сказать точно не могу. Не было возможности прочувствовать.

Утешила, — горький смешок сорвался с губ.

— Я не утешаю. Я объясняю.

— Хорошо, — тихо сказала я, взвешивая каждое слово. — Допустим, разлом закроется. А темные?

— Уйдут.

Почему?

— Потому что здесь им больно.

— А сейчас? — я прищурилась, глядя на огонь в тусклом камине.

— Сейчас разлом... — Кайя сделала короткую паузу, прежде чем продолжить, —... пропускает в этот мир крупицы силы их мира. Этого достаточно, чтобы темные не погибли сразу.

— Пока я не выйду за него… они будут приходить? — тихо произнесла я вслух.

— Не по своей воле.

Пока все не рухнет?

— Да.

Коротко. Жестко. Без права на апелляцию.

Голова тяжело коснулась грязных коленей.

— Хорошо. Тогда объясни другое.

Кайя будто заранее знала, к чему приведет следующий вопрос.

— Почему именно я должна с ним связаться? Почему нельзя просто… закрыть это магией?

На этот раз раздражение в голосе Богини стало явным, обжигающим:

— Потому что это не похоже ни на чью магию, Элира. Это выше. Сильнее. Это клятва.

И?

— Клятва выше магии.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки до вкуса железа.

Это ты сейчас красиво сказала. А по факту?

— По факту: любую магию можно сломать. Клятву — нет. Даже если ты попытаешься закрыть разлом грубой силой, — продолжила Кайя, — он откроется снова. И шире.

Почему?

— Потому что долг не выполнен.

Я резко подняла голову:

— То есть мир будет ломаться, пока я…

— Пока ты не сделаешь то, что должна.

Слова легли на плечи свинцовой плитой. Без вариантов.

Я долго молчала, слушая треск поленьев.

— А Ник? — шепотом спросила я, будто боялась, что мои мысли могут долететь до него сквозь стены.

— Что «Ник»?