Книга Не даться красному дракону!, страница 8 – Александра Ибис

— И что, никто из первокурсниц при тебе ни разу не обсуждал Колина? – Люк не отставал от меня ни на шаг, пока я пыталась скрыться от дурацкого диалога в лаборатории. – Вы, девчонки, то и дело щебечете.

Глубокий вдох, Мия. Выдох. Снова вдохнула. Выдохнула.

— Лично я здесь учусь. А эти птички мне только мешают.

В лаборатории Люк прислонился к стене, в то время как я выложила материалы на стол, и магией разожгла огонь под котелком.

— Что ж, теперь я ещё сильнее хочу попробовать зелье из рук той, кто так горит учёбой. Жду-не дождусь увидеть лицо Колина, когда скажу, что если бы он доучился в академии, то всё-таки встретил бы девушку, которая не будет за ним бегать.

Глава 7. Дракон в западне

Колин Цезарион, седьмой в списке претендентов на трон, никогда не заморачивался со своими манерами и репутацией в высшем обществе. Напротив, ему доставляло невероятное удовольствие каждое утро, в строго определённое время за завтраком, читать газеты, в которых очередной невероятно остроумный журналист называл его распутником, мальчиком с серебряной ложкой во рту, баловнем судьбы, а, с недавних пор – ещё и неучем, потому что решил не возвращаться в академию на четвёртый курс.

Что же до белоснежной репутации, так у синего дракона было пять старших братьев и одна сестра, чтобы соответствовать высоким требованиям, предъявляемым к будущему правителю. Самому ему, как всякому дракону, нравилось быть на слуху. Когда ему что-то или кто-то наскучивали, он без зазрения совести бросал начатое и переходил к другому. Его старшая сестра Фрейя считала его безответственным, и он с гордостью носил этот титул в семье, со словами: «Ну, кто-то же должен!»

— Колин Цезарион, немедленно убери ноги со стола!

Колин послушался.

— Ты точна, как часы, сестра, – поприветствовал дракон. – И как всегда великолепна.

Фрейя села во главе стола, что позволялось ей, когда родители отсутствовали, и хмуро посмотрела на него поверх чашки. Чай в ней никогда не остывал.

— Придержи лесть, Колин. Знаешь, от кого это?

Она вытащила из пространственного кармана письмо.

— Не имею ни малейшего понятия, – пожал плечами Колин.

— Оно от Фэев. От отца Сесилии Фэй.

Колин потёр переносицу.

— Ничего не хочешь сказать? – сестра тряхнула письмом.

— Что тебе не идёт быть такой строгой, Фрейя, – улыбнулся он. Сестру не проняло: она продолжала сверлить его суровыми синими глазами, и даже её синие кудри не делали лицо мягче. – У нас с ней ничего не было.

— Тебя поймали целующей её на Аллее Фонтанов! – Фрейя распечатала письмо и телекинезом отправила брату сложенную во множество раз газету. На главной странице издания «Столичных Сплетен» был он и Сесилия, целующиеся под ветвями яблони.

— Но в моём издании «Столички» этого нет! – Колин показал на свои газеты.

— Потому что мы и Фэи позаботились, чтобы этот выпуск не вышел в свет, но типография припрятало несколько уже напечатанных экземпляров и продала их в столице.

Принц выдохнул:

— Всего лишь несколько? Велика проблема! Прекрати намазывать пасту на хлеб так, будто хочешь меня убить.

— Почему «будто»? – холодно отозвалась Фрейя, умудрявшаяся выглядеть угрожающе даже со следом ореховой пасты в уголке губ. – На сей раз это серьёзно, Колин. Отец Сесилии Фэй – наша главная человеческая поддержка в Сенате. Его дочь была одной из самых востребованных невест Подлунья.