Книга Госпожа Лидия, страница 107 – Малиновая Карамель

Тщательно вымыв руки, я почти впала в медитативное состояние от приятного аромата цветов, что стояли в вазе на подоконнике. Запах напоминал сирень и немного мяту. Но надо было возвращаться в комнату и слушать о новом законе, касающемся беженок, вместо того чтобы заняться реальным делом. Не люблю я полемику, как по мне лучше действовать, чем рассуждать, но в политике чаще всё обстоит иначе.

Выйдя из туалетной комнаты, я застала раба всё в той же позе на коленях с низко склонённой головой. Со своими рабами, я забываю о том, как общаться с эрсхонцами.

— Как тебя зовут, напомни, пожалуйста? – пытаясь исправить свою оплошность, заговорила спокойным и добродушным тоном.

— Илозум, госпожа Лидия. – быстро ответил парень.

— Извини меня за резкость, Илозум. – эрсхонец нервно вздрогнул, едва заметно. – Ты всё делал правильно, но я привыкла к другому. Пожалуйста, встань. – он неуверенно посмотрел на меня снизу вверх и не заметив угрозы, так же медленно встал с колен. – Давай забудем этот инцидент. Ты не сделал ничего плохо, а я не хотела быть столь грубой.

— Я не считаю вас грубой, госпожа. – немного смутился парень, заламывая пальцы. – Вы очень добрая. И делаете большое дело для всех.

— О чём ты? – спросила его, пытаясь вспомнить знакома ли с этим юношей или с его родственниками. – Мы знакомы?

— О вас знают все на планете. – в его голосе звенела уверенность и благоговение. – Землянка с винно-рыжими волосами, что долгое время отсутствует на планете, потому что спасает девушек по всем уголкам Вселенной. Я слышал, что вы сами участвовали в штурмах и даже стреляли из бластера. Это правда?

Я еле сдерживала смех от рассказа Илозума. В его версии я напоминала супергероя, что спасала всех девиц в беде, оставаясь в тени. Хотя нет, про инкогнито в моём случае надо сделать правку, раз даже обычный раб знает моё имя и внешность. А ведь я не самый публичный человек.

— Раз пять мне действительно приходилось участвовать в освобождениях и стрелять по работорговцам. – пришлось сказать правду, ведь лгать в глаза я не умела, но и превозносить себя не дала. – Но я чаще была в арьергарде и выходила на место, когда всех бандитов уложили на лопатки, чтобы помочь рабыням. Девушки часто бояться мужчин, после пережитого насилия, и тем более вооружённых, а на меня реагировали спокойнее.

— Это невероятно! – явно нарушая все правила поведения раба с высокопоставленной госпожой, Илозум повернулся ко мне лицом и шёл спиной вперёд по коридору, смотря на меня как фанат на кумира. – Вы такая прекрасная и хрупкая с виду госпожа и мне сложно представить вас на поле брани и с оружием в руках.

— Многие с кем я работала – эрсхонцы и им тоже не по душе было такое. – мне было проще говорить с Илозумом не как с рабом, а как с обычным знакомым, которого встретила на улице. – Но я сама решила помогать девушкам и была весьма настойчива в плане того, чтобы быть вооружённой. Конечно, меня заставили сдать какие-то тесты на стрельбище, но у меня всё получилось и… – не успела я договорить, как из-за угла вышел высокий худой эрсхонец и столкнулся с рабом, что, не замечая ничего слушал меня с открытым ртом.

Видимо незнакомец был погружён в себя, так как столкновение вышло весьма громким. Он упал на Илозума, буквально повалив пацана. И когда он попытался встать, судя по болезненному вздоху, его колено задело что-то не то.