Книга Няня для мертвого наследника дракона, страница 203 – Юлий Люцифер

Это уже не имело прежнего значения.

Документы говорили достаточно.

Несколько руководителей технических подразделений арестовали вместе с ним.

Часть людей дала показания.

Другие утверждали, что знали только маленький участок программы и не понимали, для чего используются детали.

Разбираться предстояло суду.

Я была рада, что это больше не наша задача.

Роэн тоже оказался перед судом.

Он не пытался скрыть собственную часть.

Подделал свидетельство о смерти сына.

Организовал ложные похороны.

Скрывал наследника пять лет.

Норен подтвердил свое участие.

Я знала, что Роэн мог построить защиту на страхе, состоянии после смерти жены и угрозе ребенку.

Он выбрал другое.

Сказал, что сделал это сознательно и сделал бы снова, если бы выбор оставался между нарушением закона и жизнью годовалого сына.

Суд признал саму подделку.

Но одновременно установил, что государственные структуры, которым Роэн должен был сообщить правду, были частично подчинены человеку, организовавшему похищение.

Через несколько дней император подписал помилование по делу о ложном свидетельстве.

Норена тоже освободили от ответственности.

На этом Роэн не остановился.

На первом же открытом заседании после цитадели он сам потребовал изменить порядок, по которому корпус мог проводить закрытые магические исследования без внешнего надзора.

Лорен поддержал.

К ним присоединились десятки всадников.

После Единой узды спорить стало значительно труднее.

Все системы принудительного воздействия на волю драконов запретили отдельным императорским указом уже без старых лазеек о «стабилизации», «коррекции» и «временном военном применении».

Проект Единой узды приказали уничтожить после того, как Лорен и независимые маги завершат безопасное снятие контуров.

Главное изменение для Теона пришло в обычном белом конверте.

Мы сидели за завтраком в столичном доме, когда Роэн положил бумагу перед сыном.

— Прочитай сам.

Теон подозрительно посмотрел на него.

— Это опять государственный документ?

— Да. Но этот тебе понравится.

Мальчик развернул.

Читал медленно.

Потом еще раз.

Я сидела напротив и терпеливо ждала.

Наконец Теон поднял голову.

— Моя смерть отменена?

Роэн улыбнулся.

— Запись признана недействительной. В государственном реестре ты снова числишься живым Теоном Арденом, моим сыном и наследником дома.

Мальчик посмотрел на бумагу.

— А можно было написать просто «жив»?

Я засмеялась.

Роэн тоже.

— Государство любит больше слов.

— Это неудобно.

— Полностью согласна, — сказала я.

Теон снова прочитал документ.

Потом спросил:

— Теперь я могу поехать в Берен?

Роэн замолчал.

Я уже приготовилась вмешаться.

Не пришлось.

Он сказал:

— Когда вернемся в Ранвель и Норен разрешит обычные поездки, выберем день. Я поеду с вами первый раз, а дальше посмотрим.

Теон внимательно посмотрел на отца.

— Правда?

— Правда.

— И без другого имени?

Роэн ответил уже без улыбки:

— Больше никаких других имен.

Мальчик прижал документ к груди.

В этот момент я окончательно поняла, что победой для Теона стала не гибель Единой узды и даже не арест Дейрана.

Вот эта бумага.

Право перестать оправдывать собственное существование.

В Ранвель мы вернулись почти через три недели после поездки в столицу.

На этот раз никто не прятал Теона между взрослыми во время посадки.