Книга Няня для мертвого наследника дракона, страница 127 – Юлий Люцифер

Потом я заметила отдельную таблицу.

— Зачем здесь полный распорядок Теона?

Роэн наклонился ближе.

— Чтобы посты не ходили за ним толпой, а заранее знали, какой сектор прикрывать.

Объяснение имело смысл.

Но мне все равно что-то не нравилось.

Я провела пальцем по строкам.

Восемь тридцать — классная комната.

Десять сорок — кухня.

Одиннадцать тридцать — восточный сад.

После обеда — конюшни.

Я посмотрела еще раз.

— Это расписание не на следующую неделю.

— Почему?

— Потому что во вторник мы не ходим на кухню. У нас кухня по четвергам. А десять сорок здесь стояло в прошлый понедельник, когда я поменяла занятия после того, как Теон устал от письма.

Роэн выпрямился.

— Возможно, Ивар взял старый лист.

— Возможно.

Я перевернула страницу.

Там был другой день.

Северный ручей.

Десять пятнадцать.

Именно в это время мы вышли туда в первый раз после того, как Роэн расширил территорию прогулок.

Тогда решение приняли накануне вечером в кабинете.

Насколько я помнила, никакого постоянного расписания еще не существовало.

— Кто вообще сообщает Ивару, куда я веду Теона?

— Марта передает основные планы на неделю. Если вы меняете маршрут, охрана получает распоряжение перед выходом.

— Кто получает?

— Дежурный начальник смены.

— Не обязательно Ивар лично.

— Нет.

Я снова посмотрела на таблицу.

В ней были записаны не только регулярные маршруты.

Здесь стоял день, когда мы впервые ходили на кухню.

Первое посещение северного ручья.

Даже короткий визит в старую кладовую, где нашли книгу Селии, был отмечен как «северное крыло, архивные комнаты».

Это уже не выглядело просто планом охраны.

Скорее журналом передвижений ребенка.

— Эта таблица составлена сейчас? — спросила я.

Роэн взял лист.

— Дата сегодняшняя.

— Но данные за прошлые дни.

— Да.

— Зачем?

Он перечитал заголовок.

«Анализ перемещений охраняемого лица после усиления режима».

Формулировка мне не понравилась сама по себе.

Но причина могла быть обычной: после нападения начальник охраны пытался понять, где существовали слабые места.

— Может быть, Ивар восстанавливает маршруты из рапортов.

— Вероятно.

— Тогда нужно спросить.

Роэн посмотрел на меня.

— Вы подозреваете его?

Я не хотела отвечать быстрее, чем сама понимаю.

— Пока нет. Мне не нравится лист. Это не одно и то же.

— Хорошо.

Он сложил бумаги.

Я спросила:

— Вы действительно готовы рассматривать Ивара так же, как остальных?

— После того, что произошло, я проверяю всех.

— Даже человека, который служит вам семь лет.

— Особенно тех, у кого есть доступ к информации.

Я почувствовала облегчение.

Несколько дней назад такой разговор был бы намного сложнее.

— Тогда еще одно. Я хочу увидеть лист дежурств в ночь нападения.

Роэн нахмурился.

— Зачем?

— Потому что нападавшие вошли через старый сад и очень быстро добрались до детского крыла. Вы говорили, один пост сняли бесшумно. Мне интересно, кто вообще должен был там стоять и почему их не заметили раньше.

— Это уже проверял Ивар.

— Именно.

Роэн некоторое время молчал.

Потом кивнул.

— Хорошо. Я попрошу копию.

Он собирался уйти.

Я остановила:

— Роэн.

Он обернулся.

— Вчера вечером вы говорили, что доверяете мне.

— Говорил.

— Сегодня это все еще действует?

Вопрос вышел глупее, чем я хотела.

Его взгляд изменился.

— Если вы спрашиваете из-за Ивара, да. Если из-за вчерашнего поцелуя — тоже.