Книга Влюбленный Уайльд, страница 101 – Элоиза Джеймс

— Аларик, — прошептала она, и это подозрительно походило на мольбу.

Его плечи под ее пальцами напряглись, он приподнялся, и Уилла перестала чувствовать приятную тяжесть его торса. Его голубые глаза потемнели, стали цвета глубоких вод океана, но холодными они не были.

— Эви, — сказал он, улыбаясь ей загадочной улыбкой.

— Можно вас кое о чем спросить? — Уилла рассудила, что если они будут продолжать целоваться, то ей нужно… лучше его понимать.

— Спрашивайте что угодно.

— Что так долго сдерживало вас от возвращения в Англию?

Аларик смотрел на нее, думая над вопросом, потом перевернулся на спину и стал смотреть на каменный потолок спальни.

— Гораций умер, — ответил он ровным голосом. — И я не мог себе представить замок без него. Я ненавидел Линдоу-Мосс, потому что там погиб Гораций. Я не возвращался домой, потому что это давало мне возможность делать вид, будто он не умер. Представлять, будто все, кого я люблю, по-прежнему здесь.

— Мне очень жаль, — осторожно сказала Уилла. — Я о нем слышала, но никогда лично с ним не встречалась.

Аларик взял ее руку своей большой теплой рукой и прижал к своей груди.

— Не думаю, что он бы вам понравился при первой встрече. Возможно, потом, когда бы вы его хорошо узнали…

— Конечно, он бы мне понравился! — заявила она.

Глаза Аларика насмешливо блеснули.

— Не знаю, почему люди всегда хотят думать, что покойный был прекрасным человеком. Гораций был тем еще засранцем. Я его любил, но вам бы он точно не понравился.

— Вы же не знаете, что мне нравится, — возразила Уилла.

— Я знаю, что вы не любите людей, которые большого о себе мнения. А когда вы думаете, что кто-то ведет себя нелепо, у вас меняется цвет глаз. Гораций частенько вел себя нелепо.

Поскольку Уилла никогда не видела собственные глаза в таких обстоятельствах, она не могла спорить с его утверждением.

— Гораций был настолько же исполнен добродетели, как мяч, сбивающий кегли в пинболе, — продолжал Аларик, прижимая ее руку к своей груди. — Но был настолько безупречен, что казалось, будто над его головой сияет нимб. Если рай существует, то Гораций сейчас там и показывает всем плакат, на котором написано, что его облако — самое высокое. И его арфа самая большая.

— Но вы же не хотели бы, чтобы он занимал там подвальное облако? — заметила Уилла. — Можно спросить, как он умер? То есть я знаю, что он погиб на Линдоу-Мосс, но что именно случилось?

Аларик повернул голову и встретился взглядом с Уиллой.

— По глупости. Невозможно пересечь болото ночью, но он был пьян и попытался это сделать.

Пальцы Уиллы сжались на теплых мускулах его груди.

— Мне очень жаль, — прошептала Уилла, наклонилась и поцеловала его в подбородок.

— Это было так глупо! — сказал Аларик. — Запомните, если вы когда-нибудь попадете на болото и заблудитесь, оставайтесь на месте и не двигайтесь, пока вас не спасут. — Он произнес это грустно, с оттенком гнева. — Мы даже не смогли найти его тело. У него есть могила и надгробный камень, но гроб пуст.

— Я много лет злилась на родителей за то, что они погибли и оставили меня одну, — призналась Уилла.

— Злиться на мертвых бесполезно, — сказал Аларик.

— Наверное, когда вас отвлекают новые места, становится легче.

Аларик снова перевернулся, и Уилла оказалась лежащей на спине.