Книга Карибы Лайт, страница 30 – Инга Леровая

— Элька, все тосты заграбастала, — возмущенно запыхтела Алька. — За что пить дальше?

— Тебе Серега сейчас придумает офигенный тост.

— За красивых женщин, Алечка! — с нужным пафосом откликнулся Серега. Кажется, охранников я лишилась начисто.

Кротов под столом сжал мое колено. Сигнал понятный, скоро увезет меня в гостиницу. В доме у Шипиловых нам не уединиться, а Павел Евгеньевич соскучился по ласке. В мои планы на вечер Кротов не вписывался. Слишком разница большая оказалась. Между тем, когда ублажаешь ты, и тем, когда ублажают тебя.

Возможно, со временем я очухаюсь, захочу снова порезвиться с Кротовым. Придумаю и себе оправдания, не все же для Вадима стараться. Но сегодня нет. Надо отгоревать мою потерю. И закрыть дверь в то будущее, о котором говорил Вадим у бани. Вот так он о моем будущем думал.

— Мика, — Гиви смущенно потупился. — В деревне останусь. Ты не против? У Ростика тоже дела. Ему позвонить надо.

— Я не против. И у меня дела. Надо же как совпало.

Это называется ловкость рук и никакого мошенничества. Я восхитилась собой, когда Кротов начал тереть глаза и зевать. Устал с дороги, простительно. Парни помогли утащить заснувшего за столом уважаемого человека в баню. Дядя Коля, сокрушаясь, что гостиница у них всего лишь на половинку одной звезды, выдал перину с подушкой и одеяло.

Гостеприимным хозяевам отвозить Кротова в город в голову не пришло. Я рисковала, конечно. Серега и Гиви с Ростиком могли запросто догадаться, откуда берется внезапная сонливость, если пить и закусывать в моей компании. К счастью, не догадались. Были заняты курортным флиртом, на Кротова внимания не хватило.

Даже бдительная Алька ничего не заподозрила. Смотрела на только Серегу, который ей без устали заливал про звездопады, рассветы и рыбалку с яхты. Алька, никогда не получавшая столько комплиментов от мужиков, мои похвалы не считаются, млела, таяла и готова была слушать ванильные сказки Сереги до утра.

По-честному, я чувствовала благодарность к этому парню до неба. Алька заслуживала каждого слова. Сама того не желая, я отпугивала от подруги потенциальных кавалеров. А некоторые, и правда, подкатывали к Альке из-за меня. По большому счету, я уже могла спокойно свалить с праздника.

Гиви и Ростик наперегонки развлекали Маринку анекдотами, она хохотала во все горло. Серега сразу обнял Альку за плечи, едва Варвара Степановна скрылась в доме. Дядя Коля увел тетю Марусю, кивнув мне на корзинку, куда сгребли остатки пиршества. Понял мои намерения.

Под предлогом закинуть продукты в холодильник я схватила корзинку и растворилась в темноте. Тем и хороши южные ночи, темнота такая, что и собственную руку не разглядишь, пока к носу не поднесешь. Я хотела в хижину, на берег. Сесть на крыльцо, пить вино, слушать море и выть на луну от бессилия что-то изменить.

На рассвете заснуть в беспамятстве и проснуться железным дровосеком. Начать еще раз новую жизнь. Черныш увязался за мной. Тыкался мокрым носом в руку, державшую корзинку, понятное дело, что мясо его привлекало, но мне нравилось думать, что хоть кто-то на моей стороне, утешает и поддерживает. И выть будет рядом, и уснет под боком.

Дорогу я отлично изучила и в темноте добралась без помех. Не стала с воротами возиться, забор обошла по морю, прямо в одежде с Чернышом на плече. Такие мелочи как мокрый сарафан меня уже не волновали. Я села на ступеньку хижины, поделилась мясом с Чернышом, дядя Коля хорошо обо мне позаботился, мяса на четверых было.