Книга Почти в разводе с драконом. История истинной попаданки, страница 112 – Анна Лессер

— Не говори так. Я верен своей жене.

— Альваро, верный муж, заботливый муж не оставит на полгода семью.

— А что ты мне предлагаешь? Нарушить конспирацию? Заявляться каждые несколько дней? Для чего? Отвергнутая жена, сосланная в дальнее поместье. Нельзя было нарушать никакую легенду. Мне казалось, я уберегу свою семью. И тем не менее я прекрасно и дотошно изучал твои письма.

— Мои письма? — Я вздохнула. — Собственно, за спонсирование — спасибо. У девочек на всякий случай будут пекарни.

— Почему пекарни? — Нахмурился Альваро и устав сидеть на корточках, медленно опустился на зелёную траву, вытянул ноги в сторону.

Я пожала плечами:

— Опыт моего мира подсказывал, что время меняется, происходят самые страшные события в странах и государствах, но хлеб нужен людям всегда.

— Интересное замечание.

— Ну, посмотри, как во время войны ценится овёс, пшеница. Я не знаю, у вас было такое, но в моём мире Великая Отечественная — хлеб по талонам.

У Альваро заледенело лицо.

— Не люблю про войну.

— Служил?

— И служил, и гасил конфликты. Не люблю про войну. Я мирный торговец, и на этом всё.

Я пожала плечами.

— Ты пытаешься извиниться и сказать, что твоё поведение продиктовано было только разлукой с семьёй? Так, что ли? — Медленно произнесла я, обнимая себя за плечи.

— Ну, ещё потому, что я просто очень мерзкий мужик. Ты ведь сама мне об этом говорила.

Я вздохнула.

— А что по поводу твоего сына?

— А по поводу моего сына — нос не суй в это дело. Элайджа — взрослый мальчик. Он прекрасно знает, что он нарушил и что нужно сделать для того, чтобы откатить наказание.

Я цокнула языком.

— А что будет с матерью Айры?

— Сейчас приведу её в себя, налью ей ландийского коньяка. Дождёмся, когда она придёт в состояние умиротворённое и достаточно покладистое и начнём заниматься расчётами.

— Сколько у нас времени?

Альваро развёл руки в разные стороны.

— Я не могу тебе сказать. Поэтому давай начнём уже сейчас.

Когда госпожа Иоланта пришла в себя, мат стоял такой в кабинете Кортеса, что даже у меня, много чего повидавшей, и то от смущения алели щёки. А после, когда госпожа Дзир всё-таки поняла, что происходило, она пришла в ужас.

— Надо её убить, Альваро. Костёр. Без разницы. Хоть что-нибудь. Ты понимаешь, что так не бывает? Самозванка-подселенка, которая душу Айры вытолкнула из тела. Альваро, я тебя умоляю, сделай это сам. Либо это сделаю я на правах матери, которая потеряла ребёнка. Альваро!

Альваро.

Привести в сознание и потом успокоить госпожу Дзир было делом непростым. Но я нервничал, психовал и раздражался из-за того, что она не может понять таких элементарных вещей — дело почти королевской важности. Но уж о том, что она предложила глупое решение всех проблем, выбесило меня окончательно.

Я перехватил свою тёщу за локоть и притянув к себе, уточнил:

— То есть давайте мы сейчас все придём к выводу, что Айры с нами больше не будет. Так нам поэтому надо эту женщину сейчас спалить на костре? Нам из-за этого надо поставить точку в истории?

Иоланта затряслась, губы задёргались, она тяжело задышала.

Я покачал головой.

— Это единственная дорога к моей супруге и вашей дочери. Поэтому давайте с ней как-то относиться более бережно.

— Это не по правилам. Так не должно быть.

— А кто сказал, что должно, а что нет? — Холодно переспросил я, глядя в её глаза.