Книга Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей, страница 193 – Майкл Скофилд

— Назначение кем?

— Один от Совета Серебряного Хребта. Один от финансовой палаты Северного Круга. Один независимый аудитор, которого утверждают обе стороны.

— На какой срок?

— Шесть месяцев или до окончания проверки, если она завершится раньше.

— Внутренний бюджет стаи?

— Остается у меня и нашего Совета. Я не складываю полномочия Альфы.

Вот важная граница.

Кайден не собирался превращать ответственность в театральное самоуничтожение.

Не отказывался от стаи.

Не изображал, что одна ошибка делает его неспособным руководить всем.

Он ограничивал именно ту часть власти, которая показала слабость.

Харвен спросил:

— Почему добровольно?

Кайден посмотрел на документы.

— Потому что фраза «теперь я буду внимательнее» не является системой контроля.

Рейд, сидевший через стол, чуть поднял бровь.

Я почти увидела, насколько ему понравилась формулировка.

Но он промолчал.

Кайден продолжил:

— Я хочу знать, какие ошибки были моими, какие возникли из-за преступления Эдрика и какие существовали в Серебряном Хребте еще до этой кампании. Проверять самого себя бессмысленно.

Решение приняли.

Не единогласно.

Двое представителей считали шесть месяцев слишком долгим сроком.

Один хотел временно ограничить Кайдена гораздо сильнее.

В итоге нашли середину.

Кайден оставался Альфой Серебряного Хребта.

Финансовая и резервная часть внешних полномочий переходила под независимую проверку.

Все общие приказы с его стороны теперь требовали второго подтверждения.

Я смотрела на него и думала о том, как сильно несколько недель назад захотела бы назвать это искуплением.

Теперь слово казалось неправильным.

Кайден не должен был расплачиваться передо мной хорошим управлением.

Он просто становился другим руководителем.

Может быть, лучшим.

Может быть, только более осторожным.

Это уже была его жизнь.

Не моя награда.

Новую предвыборную кампанию Северный Круг разрешил начать через двенадцать дней после нападения.

На этот раз кандидатов было четверо.

Не двое.

И это изменило все.

Рейду больше нельзя было строить кампанию только как противоположность Кайдену.

Другие Альфы принесли свои программы.

Один предлагал расширить полномочия общего суда.

Другой хотел сделать Первый Альфа почти исключительно военной должностью и отдать резервы отдельной палате.

Рейду пришлось заново объяснять, за что он вообще выступает, если больше нельзя каждый второй ответ начинать с:

«В отличие от программы Харта...»

Мне это пошло на пользу.

Ему тоже.

Я не вошла в его штаб.

Несколько раз он спрашивал профессиональное мнение по резервной реформе.

И каждый раз делал это официально.

В кабинете технической комиссии.

С документом.

С Ланой или Дореном рядом, если обсуждение касалось программы.

Однажды вечером он принес черновик в дом делегаций, где я жила в Ренваре.

Я открыла дверь.

Увидела папку.

Потом его.

— Это что?

— Проект второго подтверждения чрезвычайных расходов.

— Рабочий?

— Да.

— Тогда завтра.

Рейд посмотрел на папку.

— Я просто хотел спросить один пункт.

— Сейчас десять вечера.

— Именно поэтому у меня свободно.

— У меня тоже.

Он понял.

— Ты не хочешь смешивать работу с тем, что мы...

— Именно.

Рейд молчал секунду.

Потом протянул папку.

Я не взяла.

— Завтра.

— Хорошо.

Я посмотрела строго.

Он улыбнулся.

— Это слово официально разрешено в личной жизни?