Книга Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей, страница 138 – Майкл Скофилд

Кайден сжал челюсть.

— Он знал.

Альма посмотрела.

— Это ваше предположение.

Он замолчал.

Потом кивнул.

— Да.

Я увидела, как тяжело ему было принять собственное правило.

Не делать вывод раньше доказательства.

— Его вызовут завтра, — сказала Альма. — И Лиссу тоже.

Вот глава шестнадцать.

Лисса.

Ее пакеты.

Эдрик.

Публичное слушание.

Кайден посмотрел на меня.

Первый раз за несколько часов не как на консультанта.

— Нора, можно поговорить?

Я сразу почувствовала внутреннее напряжение.

После вчерашней ночи с Рейдом.

После сегодняшних документов.

После его поступка.

Мне не хотелось снова попадать в разговор, где все смешается.

— О расследовании?

— Нет.

— Тогда недолго.

Альма собрала бумаги.

— Я уйду.

— Не обязательно.

— Очень обязательно. У меня есть еда и самоуважение.

Она ушла.

Мы остались вдвоем.

Кайден долго молчал.

Я не помогала.

— Я сегодня сделал правильную вещь, — сказал он наконец.

Я удивилась.

— Да.

— И часть меня все равно хочет спросить, изменило ли это что-то для тебя.

Вот такая честность была почти жестокой к самому себе.

— Нет.

Он закрыл глаза.

Потом кивнул.

— Я знал.

— Тогда зачем спрашивал?

— Потому что хотел услышать.

Я смотрела.

— Не изменило в смысле возвращения.

— Понял.

— Но изменило в другом.

Он поднял глаза.

— В каком?

Я подбирала слова осторожно.

— Я уважаю то, что ты сделал сегодня.

Кайден застыл.

Не ожидал.

— Спасибо.

— Не принимай это как обещание.

— Не принимаю.

— И не как первый шаг назад.

— Нора.

— Что?

Он устало улыбнулся.

— Я понял.

Мне стало немного неловко.

Я все еще заранее защищалась от его возможных ожиданий.

Но после всего имела право.

— Хорошо.

Он коротко рассмеялся.

— Теперь ты специально.

— Немного.

Улыбка исчезла.

Кайден посмотрел на дверь, за которой ушел Эдрик.

— Он был рядом после смерти отца.

Я молчала.

— Я не знал, как быть Альфой. Мне было двадцать восемь. Совет видел во мне сына старого Харта и ждал, когда ошибусь. Эдрик сидел со мной ночами. Читал каждый договор. Проверял людей. Объяснял, кто в Совете говорит одно, а хочет другое.

Голос оставался ровным.

Но я слышала, насколько личное это место.

— Он действительно вырастил меня после того, как отец начал болеть.

Я знала.

Видела.

— Возможно, поэтому я перестал проверять его, — сказал Кайден. — Не потому, что он убедил меня не смотреть. Мне даже не приходило в голову, что нужно.

— Доверие само по себе не ошибка.

— Такое количество власти без проверки — ошибка.

Я не спорила.

— Да.

Он усмехнулся.

— Морн был прав.

— Не говори ему. Станет невыносим.

Кайден неожиданно рассмеялся.

Настояще.

Коротко.

Потом посмотрел на меня.

И все стало сложнее.

Он понял, что я говорю о Рейде легко.

Как о человеке, которого знаю ближе.

Лицо изменилось.

Но он ничего не спросил.

Вот тоже было новым.

— Вы вместе? — произнес все-таки.

Я подняла бровь.

— Ты же был на слушаниях.

— Формально слышал.

— Тогда зачем спрашиваешь?

Он помолчал.

— Хотел понять, что означает «начали отношения».

Я могла не отвечать.

И Кайден знал.

— Означает именно это.

— Ты ночуешь у него?

Вот уже граница.

— Кайден.

Он сразу поднял ладонь.

— Прости.

Я смотрела.

— Это не твое дело.

— Знаю.

— Тогда почему спрашиваешь?

Он усмехнулся очень устало.

— Потому что иногда знание о границе не отменяет желания ее пересечь.