Книга Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей, страница 123 – Майкл Скофилд

— Первый раз нет.

— А когда они начали сопротивляться по-настоящему?

В лице мелькнуло что-то неприятное.

Не вина.

Скорее понимание, насколько плохо теперь звучит ответ.

— Мы поняли.

— И продолжили.

— Платили.

Лерн резко сказал:

— Четверых ранили.

Тарс посмотрел.

— У нас тоже двоих ранили.

— Вы напали первыми.

— Я не спорю.

Альма подняла ладонь.

— Не превращаем это в моральный суд. Он будет позже.

Я спросила:

— Вам когда-нибудь прямо говорили убивать?

— Нет.

— Не трогать людей?

— Говорили избегать смертей.

— Почему?

— Потому что это должно выглядеть как разбой, а не война.

В комнате стало очень тихо.

Альма спросила:

— Повторите.

Тарс понял, что сказал больше, чем собирался.

— Я уже сказал.

— Дословно.

Он посмотрел на нее.

— Нам говорили: людей не добивать. Брать часть груза. Создать шум. Разогнать сопровождение. Уйти до прибытия большого патруля.

— «Должно выглядеть как разбой» — это слова нанимателя?

Пауза.

— Да.

Вот теперь это перестало быть теорией о настоящих грабителях, которые случайно оказались полезны кому-то политически.

Кто-то хотел именно видимость обычных нападений.

Не исключено, что Тарс врал, пытаясь облегчить наказание.

Но это уже можно было проверять по деньгам и другим участникам.

— Вы знали, какие караваны будете атаковать заранее? — спросила я.

— Да.

— За сколько?

— Обычно день.

— Получали маршрут?

— Место и примерное время.

— На бумаге?

— Первый раз. Потом устно.

— Первый лист сохранился?

— Нет.

— Что было на нем?

— Точка дороги. Номер каравана. Количество телег.

— Откуда вам знать, что это были настоящие данные, если считали все учениями?

Тарс усмехнулся.

— Я не тупой.

— Тогда почему продолжили?

— Потому что деньги настоящие.

Честно.

Отвратительно.

Но честно.

— Значит, версию об учениях вы перестали считать правдой после первого раза.

— Да.

— И знали, что нападаете на реальные общие поставки.

— Да.

— За деньги.

— Да.

Ни оправданий.

Лерн смотрел с явным желанием ударить.

Альма увидела.

— Господин Баст, если хотите продолжать присутствовать, держите лицо.

Он мрачно ответил:

— Держу.

— Плохо.

Я вернулась к квитанции.

— Что перевозили по этой бумаге на самом деле?

— Ничего.

— Почему указаны два ящика наконечников?

— Чтобы было основание для выплаты.

— Получили сколько?

— Шестьдесят серебряных.

— За одно нападение?

— Это часть.

— Остальное?

— Через «Северный тракт».

Вот вторая компания.

— Как?

— Нам дали работу на три дня сопровождать пустые телеги до западной станции. По бумагам — полный маршрут. По факту сделали один день и вернулись.

— Выплата?

— Еще шестьдесят.

— Итого сто двадцать.

— Да.

Схема становилась яснее.

Не мешок денег в подвале.

Не тайный сундук.

Обычные коммерческие платежи, разбитые на фиктивные работы.

Так их и можно было спрятать в книгах.

— Кто оформлял договор с «Северным трактом»? — спросила я.

— Управляющий по имени Вальт.

Я посмотрела на Альму.

Она уже записывала.

— Полное имя?

— Вальт Дерн.

Лана раньше упоминала управляющего «Северного тракта», но имя я не запомнила.

Теперь запомнила.

— Вы видели его?

— Да.

— Он знал, за что реально платит?

Тарс задумался.

— Думаю, да.

Альма сразу:

— Не что думаете. Что знаете?

— Он однажды сказал мне: «Следующий выход будет после перевода от заказчика».

— Какого заказчика?