Книга Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей, страница 106 – Майкл Скофилд

ты не имел права.

Потому что часть права он мне оставил.

Именно это усложняло.

— Я согласилась, — сказала я. — И не беру ответ обратно.

Рейд слушал.

— Я хочу продолжать отношения с тобой.

Лицо чуть смягчилось.

— Но?

— Но ты не должен был впервые называть меня своей женщиной перед всем Северным Кругом.

Он не возразил.

Это почему-то еще сильнее разозлило.

— Ты понимаешь?

— Да.

— Уже?

— Уже.

— Тогда зачем сделал?

Вот теперь Рейд отвел взгляд.

Не надолго.

— Разозлился.

Честно.

— На Кайдена?

— Да.

— И ответил ему мной.

— Да.

Злость стала острее.

— Вот именно.

Он поднял голову.

— Я знаю.

— Нет, дослушай.

— Слушаю.

— Ты поставил правильную оговорку. Спросил меня. Посмотрел на меня, а не на него. Это важно.

Рейд молчал.

— Но сначала ты сам выбрал слово. Сам выбрал момент. Сам решил, что весь зал может узнать, как ты определяешь то, что между нами происходит.

— Да.

— И только потом дал мне право согласиться или отказаться.

Он сжал челюсть.

— Да.

— Это не то же самое, что спросить меня наедине.

— Нет.

Три недели назад такой разговор мог бы превратиться в спор на час.

Я бы объясняла.

Мужчина бы защищался.

Потом мы оба устали бы настолько, что согласились не обсуждать.

Рейд стоял напротив и не пытался сделать свое поведение красивее.

— Я не думал до конца, — сказал он.

— Ты всегда думаешь.

— Не в тот момент.

— Потому что Кайден тебя задел.

— Да.

— Значит, все-таки сделал меня частью вашего соперничества.

Он резко ответил:

— На несколько секунд — да.

Потом смягчил голос.

— И это было именно то, чего я обещал не делать.

Вот.

Я остановилась.

Злость не исчезла.

Но рядом с ней появилось облегчение от того, что мне не приходится доказывать очевидное.

Рейд продолжил:

— Когда он спросил, кто ты для меня, я мог сказать, что это не его дело.

— Мог.

— Мог дать ответ тебе.

— Да.

— Мог вообще не отвечать.

— Да.

— Вместо этого захотел, чтобы он услышал.

Я смотрела.

— Почему?

Рейд некоторое время молчал.

— Потому что ревновал.

Прямо.

— И потому что мне надоело, что он говорит о тебе так, будто между вами все еще существует право, которого у него больше нет.

— Но чтобы показать, что у него нет права, ты почти заявил свое.

— Да.

Никакого «но».

Я выдохнула.

— Ты понимаешь, насколько это меня злит?

— Теперь полностью.

— А когда говорил?

— Частично.

— То есть знал, что можешь поставить меня в неудобное положение.

— Знал, что вопрос личный. Не понял, насколько сильно сам определяю условия ответа.

Это было похоже на правду.

Не оправдание.

— Когда ты сказал «если Нора сама согласна», мне понравилось.

Рейд удивился.

— Понравилось?

— Да.

— Тогда...

Я подняла палец.

Он остановился.

— Мне понравилось, что ты посмотрел на меня. Что не сказал Кайдену «она моя» так, будто меня нет в комнате.

— Я никогда так не скажу.

— Хорошо.

— Прости.

— Но пойми другое. В зале было несколько сотен человек. После твоей фразы мое «нет» стало бы не просто моим решением. Оно стало бы публичным отказом тебе, политической историей и подарком газетам.

Рейд застыл.

Вот этого он, кажется, действительно не учел полностью.

— Да.

— Понимаешь теперь?

— Да.

Он потер ладонью подбородок.

— Я поставил тебя перед выбором, который формально был свободным, но уже имел цену.

Я кивнула.

— Именно.

— Это хуже, чем я думал.