Книга Жена криминала, страница 81 – Маша Драч

— Зачем ты мне помогаешь?

Она поджимает губы, и на щеках проступают ямочки. С виду сущий ангел: невысокая, тоненькая, с большущими, почти кукольными голубыми глазами. Но и острыми зубками не обделена.

— Потому что папа поступает неправильно, — опускает взгляд в раковину, где шумит вода. — И я до сих пор уверена, что ты и… Виктор тоже поступили неправильно по отношению к Лане. Но она, кажется, уже не грустит по этому поводу. У неё там новая великая любовь нарисовалась. В общем, — Симона поднимает на меня взгляд, — я хочу поступить правильно. И Снежка… Я слышала, что папа хочет её с няней куда-то завтра увезти.

Я резко поднимаюсь и тут же ловлю головокружение. Если бы не Симона, вовремя оказавшаяся рядом, я бы снова упала. Для одного дня (или сколько там прошло времени?) это было бы уже слишком.

— Тш-ш-ш. Умойся, а я пока найду перекись и возьму вещи, чтобы тебе было во что переодеться.

Симона бесшумно выскальзывает из комнаты, а я всё-таки собираюсь с силами и подхожу к раковине. Аккуратно смываю запёкшуюся кровь, шиплю, когда касаюсь разбитых губ и ссадины на скуле.

Рука у Савелия тяжёлая. То, что он мне ничего не сломал, иначе как чудом я назвать не могу. Правда, у меня заметно набух правый глаз, и губы кажутся неестественно большими.

Ерунда. Это всё ерунда.

— Вот, — Симона уже тут как тут, протягивает мне сложенный спортивный костюм и кроссовки. В другой руке я замечаю пузырёк с перекисью.

— Со Снежкой точно всё в порядке?

— Да. Она сейчас спит. Нянька от неё ни на шаг не отходит.

Киваю на каждое её слово, пока снимаю платье и переодеваюсь в костюм. Было бы неплохо принять душ, но я сейчас не в том положении, чтобы тратить драгоценные минуты на блага цивилизации.

Другого шанса у меня, возможно, больше и не будет.

Мы должны бежать. Сегодня. Сейчас. Как можно скорее.

Эта мысль впрыскивает в меня адреналин. Я хватаюсь пальцами за края раковины и переминаюсь с ноги на ногу.

Побег. Снова.

Когда-то я убежала из дома в поисках лучшей жизни. Потом с Савелием, чтобы спасти эту самую жизнь. А теперь готовлюсь бежать, чтобы спасти своего ребёнка и наконец-то стать свободной.

Очень грустная вырисовывается традиция. Надеюсь, что третий раз всё-таки окажется последним. И со счастливым концом.

— Давай я обработаю. На всякий случай.

Я позволяю Симоне помочь мне обработать все ранки и ссадины.

— Ты очень хорошая девочка, — шепчу.

— Спасибо, мамочка, — ёрничает она, но в глазах у неё заметна застывшая тревога.

— Ты же понимаешь, что твоему папе это не понравится?

— Понимаю, — она убирает использованный ватный диск. — А ещё я понимаю, что успела привязаться к Снежке и не хочу, чтобы папа ей навредил. А он может. Ты же его знаешь.

Знаю. Увы.

После того как мы заканчиваем со всеми процедурами, Симона уводит меня к себе в спальню.

— Сейчас для тебя здесь безопаснее всего, — тихо сообщает она, закрывая за собой дверь. — Никто из персонала ко мне без разрешения не зайдёт.

— Хорошо. Но мне нужен телефон.

Замечаю, как Симона тянется за своим, лежащим на туалетном столике.

— Нет. Нужен мой. Там есть один контакт, который может помочь. Во всяком случае, я надеюсь на это.

Не знаю, подготовился ли Витя заранее к тому, что его могут задержать, или у него просто сработало предчувствие, но номер Дыма он дал мне явно не просто так. Он знал, что придёт момент, когда я буду вынуждена им воспользоваться.