Книга Хозяйка для пяти драконов, но мужем станет только один, страница 67 – Аннета Керн

— Ты был прав, - отталкиваюсь от гробницы дракона и обнимаю себя руками. - Кель держал взаперти Августа и Дайна. Надеюсь, они вернутся... - мой голос надломился. - Я не успела их освободить, мир рухнул.

Хетвет нахмурился, не понимая. Рухнул? Разве мог мир, где заперли драконов, просто рухнуть? Если только… Словно осознав новость, которую я принесла на кончике стилета, он медленно повел головой, сглатывая ком в горле. Его пальцы на моих плечах судорожно сжались.

— Я убила его, Хетвет, - подняла взгляд, в котором больше не было слез, только усталость. - Променяла его жизнь на вашу свободу. А теперь нам освободить Ашера.

Посмотрела на белого дракона за стеклом льда. Пути назад не было. Кровь Келя навсегда останется на моих руках, как бы ярко ни сияли остальные метки. Солнце молчало. Разумеется, он просил быть осторожнее, просил не поддаваться на уговоры. И, наверное, понимал где-то в глубине души, что все может закончиться именно так.

Но Кель был его братом. С которым они росли в том старом доме с яблоневым садом.

— Я благодарен, что ты сделала этот выбор, - наконец, говорит, глубоко поклонившись.

Смотрю на него, вдыхаю глубоко и киваю. Вот так степенно, уважительно о том, что произошло. Но оплакивать будем потом. Пока что - гробница. Кладу вновь на нее ладони, направляя силы. Запястье покалывает, вокруг него кружатся разноцветные всполохи.

Теперь все на месте. И не сразу, но лед поддается. От маленькой, едва заметной паутинки распространяется дальше кружево. Едва уловимый треск становится донельзя громким. Заполняет всю пещеру.

Я морщусь, обнимаю запястье пальцами другой руки. Обуздать силу сложно не потому, что она вновь борется сама с собой, а потому что я не привыкла управлять таким количеством энергии. Жар Азира. Страсть Августа. Солнце Хетвета. День и Ночь Эсмера и Тиана. Тьма Келя. Холод Дайна. Оплетают лед, словно жгуты, и он плавится под ними.

Белая вспышка, собрав всю энергию воедино, откидывает нас с Хетветом. Закашливаемся белесым паром, Солнце помогает встать на ноги. Я пытаюсь отогнать марево, чтобы увидеть, что происходит. А когда можем что-то рассмотреть, дракон победно вскрикивает.

На коленях стоит Ашер. Тяжело дышит, приложив руку к груди. На лице - гримаса боли, и мы оба спешим к нему. Постамента больше нет, поэтому помогаем сесть на давно скинутый Хетветом плащ. Ашер смотрит на Хетвета, на меня, словно до конца еще не понимая, где проснулся. Оно и неудивительно - после стольких лет заточения во льду, на грани потери сил.

Я беру его за руку, стараясь передать энергию из меток дракону. Поглаживаю по предплечью, успокаивая. Все хорошо…

— Ты очнулся. После сна. Помнишь что-нибудь?..

— Да… Да, помню, - хриплый голос на грани слышимости, дракон откашливается и поворачивается к брату, щурится, мотает головой. - Хетвет.

— Верно, верно, брат. Хетвет. Это Аврора. Ребенок Алисии. Она нашла колоду.

Вернувшись взглядом ко мне, обнимает ладонями лицо. Они холодные, очень холодные, но не сопротивляюсь. Напротив, накрываю своими горячими. Серый взгляд падает на метки. Затем снова к моим глазам. И Ашер, притянув к себе, обнимает.

— Спасибо.

Губы касаются макушки. Хетвет поддерживает, чтобы Ашеру было легче сидеть. Но белые крылья уже раскрыты, с них осыпалось крошево, что не растаяло так просто. Кашляя, но все-таки протягивает руку вперед, не отпуская меня. Метки откликаются мурашками по коже и приливами тепла.