Книга Колонна приговоренных, страница 46 – Александр Тамоников

«Нет, не под землей, — пришла ему в голову мысль. — Скорее всего, они в окопе, который сверху накрыт досками или бревнами. Сверху доски прикрыли дерном или сеном, а потом все это занесло снегом. Вот тебе и естественное укрытие. А чтобы дышать — наделали отдушин, как в погребе».

Глеб живо представил себе целую сеть переходов, которые соединяли окопы, нарытые вокруг холма. Возможно, что и в самом холме были вырыты какие-то пещеры и катакомбы.

«Для техники, наверное, вырыли особые ниши», — размышлял он, лежа в снегу и прислушиваясь к голосам. Постепенно голоса стали удаляться, и Шубин позволил себе пошевелить затекшей левой ногой, которая так и осталась у него согнутой, когда он замер, не закончив движение. И снова наступила тишина. Глеб не решился ползти дальше, опасаясь, что если он по нечаянности заползет на настил, накрывающий окоп, то может провалиться. Кто знает этих фрицев, насколько тонкие доски они уложили поверху. Определенную толщину снега настил еще мог выдержать, но выдержит ли он дополнительную тяжесть заползшего на него Шубина? Лучше не рисковать.

Пришлось Глебу отползать обратно к Александрову, стараясь пятиться по своему же маршруту, который к тому времени был уже практически занесен снегом.

Алексей ждал его, осматриваясь вокруг. Глеб подал ему сигнал следовать за ним и пополз обратно, в сторону леса. Но едва разведчики доползли до места, которое находилось на одном уровне с кустарником, в котором засел немецкий «секрет», как им пришлось остановиться и замереть, уткнувшись лицом в холодный снег и затаив дыхание. По ним, вернее в их сторону, был направлен луч от фонарика. Не маленького, карманного фонаря, а полевого фонаря со светофильтрами, который немецкие солдаты применяли, чтобы в ночное время общаться между постами, передавая друг другу определенные сигналы. Видимо, пришло время, когда постовым следовало подать такой сигнал — дескать, у них все в порядке и никаких изменений в наблюдении не обнаружено.

Снова Шубину и Александрову пришлось несколько минут лежать неподвижно, дожидаясь окончания сеанса общения между постами.

— Четко у них тут охрана налажена, — поделился с Глебом своими впечатлениями Александров, как только они оказались на безопасном расстоянии от немцев. — Сразу видно — что-то секретное охраняют. Мы именно это искали? — уточнил он.

— Скорее да, чем нет, — не вдаваясь в подробности, ответил Шубин. — Теперь хорошо бы, чтобы группа Теплицына нам добыла «языка», и тогда уже все точно будет известно.

Когда Глеб и Алексей вернулись, их уже ждали не только Астафьев, но и пришедшие немногим раньше их разведчики во главе с Теплицыным. А еще не один, а целых два немецких солдата, которых взяли в качестве «языков». Они сидели связанные по рукам и ногам на снегу, рты у обоих были заткнуты кляпами.

— Вот, — показал на них Шубину Юрий. — Живые и даже не сильно помятые.

— Но очень уж неспокойные, — заметил Савенков. — Никак понять не могут, что им теперь никто не поможет.

— Ты не пробовал им вопросы задавать? — спросил Глеб у Астафьева.

— Да их только что привели. Не успел еще сообразить, что спрашивать, а тут вы подошли. Глеб, ты же знаешь, что я немецкий только еще учу, так что… — развел он руками.

— Ладно, я сам с ними поговорю, но сначала нам надо отойти подальше.