Книга Черные тени Ленинграда, страница 74 – Александр Тамоников

Митьков уже был в комнате. Бугров вошел следом.

Комната была просторной. Сейчас она напоминала лабораторию или штаб. У окна стоял стол, на нем — аппаратура. Радиостанция. Небольшая, но массивная. Бугров узнал модель — немецкая переносная станция. Рядом — микрофон на гибкой стойке и блок питания.

На другом конце стола — фотоаппарат. Маленькая изящная «лейка» с объективом в выдвижной оправе. Рядом лампа с темным колпаком — для подсветки при микросъемке. И стопка документов, аккуратно разложенных под прессом из стеклянных пластин.

У стены — две походные кровати, одеяла, термос, консервные банки. Немецкие. Пахло едой. Запах еды в промерзшем городе был настолько чуждым, что вызывал в желудке спазмы.

Митьков обыскивал второго. Тот лежал у стола, на полу, в луже крови. Он был убит первой же очередью, когда пытался достать пистолет из ящика стола.

— Товарищ майор, смотрите.

Он протянул блокнот. Бугров открыл. Страницы были исписаны цифровыми группами — пятизначными, семизначными. Шифр. И в начале — таблица замен, рукописная, но аккуратная. И несколько слов по-русски, записанные латиницей: SMOLNY, PVO, SVYAZ.

— Шифровальный блокнот, — тихо сказал Бугров. — Одноразовый. Значит, связь с центром регулярная.

Он положил блокнот на стол, осмотрел радиостанцию. Лампы внутри корпуса еще были теплыми. Аппарат работал недавно.

С улицы доносился грохот разрывов, но он уже стихал. Артобстрел заканчивался. Бугров подошел к окну, отдернул край занавески. На улице было темно. Он увидел белую фигуру, машущую рукой с крыши соседнего дома. Гробовой. Сигнал: «Все чисто».

Бугров кивнул, хотя знал, что его не увидят. Он отпустил занавеску, повернулся к Митькову.

— Обыщи тщательно. Все бумаги, вещи. Особенно ищи пленку. Микрофильмы.

Митьков уже работал. Он открывал ящики стола, выкладывал содержимое: бумаги, карандаши, запасные лампы для рации, мотки провода, инструменты. И пачки фотопленки в светонепроницаемых черных пакетах.

Бугров взял один пакет, вскрыл. Внутри — кассета стандартного размера. На пленке были видны крошечные кадры — схемы, текст. Микрофильмирование. Именно так они переправляли карты штаба.

В этот момент на лестнице послышались шаги. Вошел Семенов.

— Товарищ майор, первый этаж чист. Помещения пустые, только мусор. На чердаке никого. Объект проверен.

— Выставьте охрану у входа. Никого не пускать. Ждем специалиста из технического отдела.

— Есть.

Семенов ушел. Бугров подошел к радиостанции. Частотомер был установлен на 42.3 МГц. Именно туда, куда указывал Верстов.

Он осмотрел комнату еще раз. На стене висела карта Ленинграда. На ней булавками отмечены точки: Смольный, штаб ПВО, узел связи. Те же, что и на карте, изъятой у Володи. И еще одна — на Лиговке, здесь. И вторая — где-то в районе Петроградской стороны. Новая точка. Бугров запомнил ее.

Шаги на лестнице послышались снова. В дверях появился старший лейтенант Верстов. За ним шел его помощник с большим чемоданом.

Верстов окинул комнату быстрым взглядом. Его взор задержался на радиостанции, потом на фотоаппарате, потом на блокноте.

— Вот и она, — тихо сказал он. — Переносная, но мощная. Дальность до пятидесяти километров, с хорошей антенной. У них антенна — проволока между трубами, я видел на крыше.

Он подошел к столу, не обращая внимания на трупы. Присел на корточки, осмотрел заднюю панель.