Книга Офицерский романс. Из огня да в полымя, страница 70 – Александр Капков

— Еще в юности занимался французской борьбой,23^[23] – ответил тот.

Антон, конечно, не стал добавлять, что занимал призовые места по этому виду во время учебы в кадетском корпусе.

Поезд стоял в Острогожске всего две минуты. И Изломин, пожав всем провожающим руки и обняв девушек, еле успел заскочить в вагон. Он махал им рукой, пока проводник не закрыл дверь тамбура.

Добирался Антон до Борисоглебска целые сутки и появился в городе изрядно измочаленным. Медленно ползущие поезда, духота и смрад общих вагонов, а также долгое ожидание на станциях с боязнью уснуть и пропустить нужный состав не способствовали сохранению бодрости и хорошего самочувствия. Он устал, не выспался и ощущал на себе пот и грязь. Поэтому первым делом Антон отправился в городскую баню и тщательно вымылся. Затем последовал обед в ресторане. И только приняв человеческий вид и набив желудок, он почувствовал себя гораздо лучше. Оставалось хорошенько выспаться.

В гостинице все номера были заняты или забронированы по распоряжению уездного исполкома, как ему объяснила служащая, находившаяся за стойкой. Предъявление командировочного предписания вызвало у нее лишь слабую саркастическую улыбку. Попытка договориться, используя личное обаяние, не сработала. Вселиться при помощи подкупа ему тоже не удалось. Женщина стояла на своем посту, как скала. Засыпающий на ходу Антон решился на крайнее средство, показав ей секретную бумагу о содействии. Напуганная этим документом до дрожи в пальцах, женщина сама заполнила анкету для постояльцев и вручила Антону ключ от одноместного номера на втором этаже.

Забирая его, Антон не удержался и напомнил ей о необходимости держать язык за зубами.

Часы показывали пятый час дня. Когда он, раздевшись, лег в кровать, тут же уснул и проспал до самого утра.

Проснувшись, Антон позволил себе поваляться в постели перед новым этапом поиска, теперь уже в Тамбовской губернии. В Острогожске ему здорово помогла Катя. Зато в Борисове ему не будет нужды ходить по всем учреждениям. Достаточно обратиться в отдел образования. Там надо узнать, где работает Крушевина, и отправиться туда. Проще простого. Довольный собой, он побрился перед умывальником, причесался и, оставив чемоданчик в номере, вышел в коридор. У словоохотливой дежурной он узнал, где что находится, и для начала позавтракал в ближайшем трактире. Съев яичницу, пирожки с капустой и выпив чаю, Антон направился в город. Борисоглебск по сравнению с Острогожском был больше и гораздо многолюднее. Здесь ему встретилось много молодежи, потому что в городе было несколько техникумов, училищ и даже летная школа.

Отдел народного образования находился в здании уездного исполкома. Предъявив заведующему свой документ о содействии, Антон не только узнал, что Крушевина работала в Юхновской начальной школе, но и то, что она уволилась в этом году.

— Вы поговорите с инспекторами, – сказал заведующий. – Они должны знать.

Инспектором, в чьем ведении была Юхновская школа, оказалась женщина средних лет с пристальным «учительским» взглядом. Звали ее Галина Васильевна.

— Как же. Я знакома с Крушевиной, – подтвердила она. – Только она не Елизавета, как вы сказали, а Зоя. Зоя Георгиевна. Родилась, судя по анкете, в Петербурге в 1904 году, 24 сентября по новому стилю. Сама из дворян. Родители умерли во время Гражданской войны. И да, раньше она была Елизаветой, но имя поменяла в двадцатом году. Хорошая она девушка. Без педагогического образования, за спиной всего пять классов гимназии, а старалась работать изо всех сил. Потому и получалось у нее. Дети ее любили, в селе – уважали.