Книга Офицерский романс. Из огня да в полымя, страница 194 – Александр Капков

— Вот и всё, – завершил свое повествование Антон.

— Да, – протянул Николай. – Такое уж не спрячешь.

— Именно, – сказал Антон. – С одной стороны, перестрелка случилась в таком месте, что лучше и не придумаешь. В той пещере за дверью была яма. Как раз для такого случая. Мой труп, между прочим, Шевин собирался бросить в нее. Я бы так и поступил, но у меня есть начальница. А у нее свой начальник. Я после катакомб поехал к Лизе. От нее и узнал про тебя. Лиза вызвала на встречу Конродиса. Он испугался, что пропажу Щеглова так просто не скрыть. Его обязательно начнут искать, обратятся в полицию и пошло – поехало. Дойдет дело и до Шевина с его компанией. Бесследная пропажа такого количества людей, пусть и эмигрантов, может всколыхнуть через газеты общественное мнение. Только что СССР установил дипломатические отношения с Францией. И такая история будет сильно не к месту. Вот Конродис и приказал все оставить как есть и просто позвонить в полицию. Нам пришлось так и сделать. Не сразу, конечно. Ночью мы вывозили трупы. Утром убирали. И лишь днем Лиза позвонила в полицию из телефонной будки. Таких сейчас в Париже много. Очень удобная вещь, если не хочешь, чтобы тебя опознали и нашли. Лиза по телефону достаточно подробно описала, как туда попасть. Ну и началось! Дня три пресса только о кровавой трагедии в катакомбах и писала. Вся эмиграция наша всколыхнулась. Мыслимое ли дело: четыре трупа. И все русские. Полиция выяснила, что перестрелка произошла между ними. Домыслы и слухи всякие ходили и до сих пор ходят. Кто убеждает, будто стычка со стрельбой произошла из-за ревности. Другие твердят, что это дело политическое.

— Не так и далеко от истины, – не упустил случая легко поддеть друга Николай.

Антон на его выпад не отреагировал. Он все еще переживал случившееся.

— Но Конродис оказался прав, – все же вынужден был заметить Антон. – Кто бы что не говорил, а официально про «руку ОГПУ» нет ни слова. Внутренние разборки. На это всё и списали.

— Так ты все следы замел? И там?

— Мы с Лизой, – поправил друга Антон. – Я вложил люгер, из которого стрелял, в руку Щеглова.

— А полиция?

— В полицейский участок меня вызывали. Установили, что я с Щегловым обедал. И в гараже с ним был, когда тот брал автомобиль. Я подтвердил. И сказал, что позже мы с ним расстались. У катакомб меня никто не видел. Место там тихое. Ну и алиби у меня. Лиза подтвердила, что, расставшись с Щегловым, я все время до вечера был с ней. Гуляли. Правда, есть еще хозяин лавки, где мы с Щегловым оружие взяли. Но тот в полицию не пойдет уж точно. Свой же наган я выбросил в реку. Даже, когда найдут трупы в реке, в худшем случае решат, что они связаны с трупами в катакомбах. Но дело это, думаю, долгое. В общем, до меня не доберутся. Вернее, не успеют. Конродис сказал Лизе, чтобы я как можно быстрее уезжал обратно в Россию. Он сильно разозлился. Лиза сказала ему, что Шевин хотел меня убить. Конродис будто бы ничего не знал об этом плане. Он лишь поручил Шевину завербовать Щеглова, а средства воздействия оставил на его усмотрение. А еще Шевин успел пожаловаться на меня. И я, по-видимому, стал резиденту не нужен. Следствие по делу в катакомбах пошло довеском, чтобы меня побыстрее отправить домой.

— Значит, ты уезжаешь? – огорчился Николай. – Хотя в возникшей ситуации, скорее всего, тебе лучше тоже исчезнуть. Как скоро едешь?