Книга Офицерский романс. Из огня да в полымя, страница 183 – Александр Капков

— Привет, ребята, – сказал он им веселым тоном, прислоняясь к каменной стене. – В школу торопитесь?

За годы жизни во Франции Нелидов перенял все нюансы языка, и опознать в нем иностранца было затруднительным делом.

— Ага! Торопимся, как же! Мы уже из школы.

Это сказал один из мальчишек, явно заводила. В его реплике легко угадывалось презрение к глупому дяде. Тут же раздался довольный смешок остальных. Они продолжали идти, и Николай произнес уже им в след:

— Раз вы не спешите, то, может, окажете маленькую помощь? Я заплачу.

Он громко забренчал в кармане монетами. Мальчишки остановились. Самый бойкий спросил:

— Какую помощь?

Он что-то тихо добавил. И снова прозвучал смех. Теперь они откровенно смеялись над Нелидовым. По одиночке эти школьники не посмели бы задирать взрослого мужчину, но нахождение в группе придавало им наглости. И еще они были уверены, что сумеют убежать.

Нелидов, не обращая на смех внимания, невозмутимо продолжил:

— Я же сказал, что маленькую. Но если вам не интересно, можете проваливать. Найду других. Деньги всем нужны.

Он повернулся к ним спиной. Смех стих. Быстрый спор громким шепотом и оклик:

— Эй, месье, что вам нужно-то?

Нелидов медленно обернулся. Сделал вид, что прикидывает: стоит ли к ним обращаться. Мальчишки ждали.

— Хорошо, – он махнул рукой, как бы решая, что они достойны его доверия.

— Дело простое. Надо бросить несколько камней в дверь вон того дома. Дам за это пять франков.

Николай продемонстрировал монеты, вынув их из кармана. Школьники оживились. Сумма им показалось огромной. Ведь их было пятеро, и каждому доставался франк. Целое состояние. Заводила спросил:

— А это не подстава? Вдруг нам влетит потом?

— Я и плачу вам за риск.

— Давайте, – паренек протянул руку ему с раскрытой ладонью.

— Больно ты хитрый, дружок! – улыбнулся Нелидов. – Поступим так. Мы вместе идем к дому. Вы бросаете камни. И последнему бросившему из вас я отдаю монеты. По-моему, очень хорошая сделка.

Мальчики стали совещаться. Заводила сказал совершенно по-взрослому:

— Надо бы задаток.

Да, современные гавроши были людьми не только меркантильными, но и осторожными. Нелидов засмеялся и положил ему на ладонь монету в один франк.

— Остальные после дела, – веско заявил он.

— По сколько камней бросить каждому?

— По два, но камни должны быть солидными. И бросайте так, чтобы не мешать друг другу.

— Идет!

Николай придержал заводилу за плечо.

— Ты бросаешь последним.

Мальчишки провели ревизию уличной мостовой и предъявили Нелидову все, что нашли.

Это были засохшие куски штукатурки и щебень покрупнее. Николай отобрал нужные. И они гурьбой пошли к двадцать четвертому дому.

— Бросайте! – дал команду Нелидов.

Бах! Бах! Бабах! Камни забарабанили по двери. Вышло очень громко. Не услышать такой грохот было нельзя. Николай отдал монеты, и мальчишки радостно понеслись по улице, со свистом и криками, вызывая недоумение у встреченных ими прохожих. Нелидов в несколько секунд добежал до стены дома и встал справа от входа, у самой ниши. Еще через несколько секунд дверь открылась, и во двор выбежал черноволосый парень. Он, не замечая Николая, пронесся мимо и, оказавшись на середине улицы, начал ругаться, путая сербские слова с французскими. Нелидов помнил его. Старич, серб по национальности. Он погрозил мальчишкам вдогонку кулаком, но бежать за ними не стал, а когда повернулся, чтобы зайти в дом, Николая уже не было. Он проскользнул внутрь и замер за дверью. Когда Старич, все еще ругаясь на чем свет, вошел, голос есаула спросил откуда-то сверху: