Книга На излом клинка. Книга первая, страница 64 – Александр Капков

А один из них, в сером плаще, какой обычно носят моряки, сидел на большом камне, как раз напротив меня. Его треуголка была низко надвинута на лоб, а нижнюю часть лица скрывал завязанный вокруг шеи платок. Завидев меня, он встал, подошел ближе и дурашливо поклонился. По его поведению я понял, что он считал себя в полной безопасности.

— Эй, сударь! – крикнул он, – вы, верно, пришли по тому же делу, что и я?

— Как посмотреть, сударь – ответил я, стараясь говорить громче. – Я здесь по доброму делу, а ты нет. Так, что дело у нас может и одно, а выглядит по-разному.

— Больно мудрёно вы говорите, не для моих ушей ваша музыка, – засмеялся «моряк». Но смех его вышел натужным, не от души, и перешел в кашель. Не думаю, что его сильно проняли мои слова, а вот смутиться его я заставил.

— Ладно, сударь, давайте перейдём к делу. Где выкуп? – откашлявшись, спросил он.

Вместо ответа я, обернувшись назад, махнул рукой. И, стоявшие у зарослей акации, Робер и Ле Пон подняли и понесли к реке небольшой сундучок, окованный железом. Мы с бандитом молча ждали, пока они поставят его к моим ногам и удалятся.

— Выкуп здесь, – я поставил на сундучок ногу.

— Покажите!

Я откинул крышку, зачерпнув горсть монет, поднял руку и раскрыл ладонь, деньги посыпались обратно в сундучок. Бандит при этом зрелище почти зашёл в реку, так заворожило его серебро.

— Не фальшивые? – прохрипел он, пожирая монеты глазами.

— Убедись сам, – я взял монету в один денье и бросил на тот берег. Он поймал её на лету и тотчас же сунул в рот, проверить на зуб. Монета проверку прошла и назад уже не возвратилась.

— Твоя очередь, приятель, – я демонстративно захлопнул крышку.

«Моряк» внимательнейшим образом оглядел мой берег, затем оглушительно свистнул и махнул рукой. Из леса выехала карета, запряжённая парой лошадей. Через несколько минут она оказалась на берегу. Кучер, тоже с закутанным лицом, натянул вожжи и остановил ее возле грабителя. Тот помог ему развернуть ее боком, затем распахнул дверцу, и я увидел в карете даму в широком плаще с капюшоном, скрывавшем фигуру и лицо. Рядом с ней сидел ещё один человек, одетый в длинный зелёный сюртук, на его лице была маска на подобие той, что носят на маскарадах.

— Я должен убедиться, что дама в карете и есть госпожа де Гирр, – твердо сказал я, – иначе обмена не будет.

Бандиты, включая кучера, стали быстро совещаться, и решили, что мои требования справедливы. Тот из них, кто находился в карете, что-то тихо сказал даме, и она грациозным жестом откинула капюшон. Теперь я увидел, что это была молодая красивая девушка. В спорах, почему в обмене должен участвовать я, основным аргументом против, являлось то, что я не знаком с Анной-Марией и могу не распознать подделку. Оливье подсказал выход, и этот довод был снят.

— Мадемуазель де Гирр, я должен удостовериться, что это вы. Прошу вас ответить мне, что с вами случилось на праздновании вашего шестилетия.

— Я помню этот случай, сударь! Оливье стал меня подбрасывать и уронил прямо на торт, – её голос был мелодичным, как колокольчик, и немного дрожащим, что вполне естественно после почти двухнедельного плена. Итак, это была Анна-Мария.

— Что же, господа, давайте приступать к обмену, – сказал я.

Оба бандита согласно кивнули. Девушку вывели из кареты и усадили на камень. Кучер стегнул лошадей. Карета проехала около ста шагов и остановилась, а кучер вернулся на берег.