Книга Эхо Мертвого озера, страница 147 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

Джосайя разводит руками:

— Не исключено. Честно говоря, я только рад, что она от меня отстала. Когда ко мне заявились копы из Гардении и сказали, что Джульетта пропала, я просто запаниковал. Решил, что она снова меня подставила. Хвала Господу, у меня алиби, иначе я уже оказался бы за решеткой.

Я хмурюсь, вспомнив, что Джосайя уже говорил: полиция Гардении вышла на него. Хотя в деле Джульетты об этом ничего нет. Иначе мне было бы гораздо проще разыскать Джосайю.

— В полицейских отчетах нигде не сказано про ваш допрос.

Похоже, Джосайя не удивлен.

— А зачем им это надо? Меня исключили из числа подозреваемых, так что нечего ворошить прошлое.

И все-таки мне это не нравится. Не нравится, что полиция скрыла такой факт.

Джосайя подается вперед, уперев руки в колени.

— Послушайте, вы спросили про Джульетту. Я все рассказал. Можете верить, можете нет. С этой девушкой было что-то не то. Если вы спро́сите, опечален ли я ее смертью, то не могу сказать, что это так. – Он встает. – Скажу только одно: я недооценил Джульетту и дорого за это поплатился. Если вы повторите ту же ошибку, это будет уже на вашей совести. А теперь, если вы не против, я хочу, чтобы вы убрались отсюда и никогда не возвращались.

Он поворачивается и уходит в дом, хлопнув дверью.

Сэм звонит, когда я возвращаюсь в город. Едва услышав его голос, понимаю: что-то произошло.

— Что случилось?

— У нас проблема.

Съезжаю на обочину и включаю аварийные огни. Сердце колотится как бешеное.

— Говори.

Он так тяжело вздыхает, что его напряжение передается мне по телефону.

— Кец ездила в лабораторию, и они сделали анализ образцов крови из нашего дома.

Я хмурюсь:

— Вроде хорошая новость…

— Это был Леонард Варрус.

Это имя – как гром среди ясного неба.

— Боже мой…

— Да, – говорит Сэм и после недолгой паузы добавляет: – Они думают, что я тоже имею к этому отношение.

Звучит так смехотворно, что я и правда смеюсь:

— Серьезно? Что за ерунда. Они не могли так подумать…

— У них есть доказательства.

Смех застревает в горле. Вдруг я понимаю, почему у Сэма такой голос. Ему страшно. По-настоящему страшно. И это приводит меня в ужас.

— Погоди. Ты хочешь сказать, что полицейские – и моя лучшая подруга Кец тоже – думают, что ты убил Леонарда Варруса? Прямо в нашем доме?

— Кец – вряд ли, а вот другой детектив – он новенький, детектив Диакос, – похоже, уверен, что я замешан.

Мысли путаются. «Но ты бы никогда…» Я не заканчиваю фразу: просто не могу. Я хотела сказать, что Сэм никогда не сделал бы ничего подобного, никогда не прибегнул бы к насилию – даже против врага. Но так ли это на самом деле?

Он не один год преследовал меня и мою семью. Именно он нарисовал мишени на наших лицах. Он выследил нас в Стиллхаус-Лейке.

Леонард Варрус угрожал нашей семье. Семья для Сэма все, и я не знаю, на что он способен, чтобы защитить нас. Может, и на убийство.

Видимо, Сэм читает мои мысли, потому что произносит:

— Гвен, клянусь, я совершенно ни при чем.

Я ни за что не попросила бы его поклясться, но все равно рада, что он так сказал.

— Знаю.

Мы оба очень долго шли к этому, и нам потребовалось немало усилий, но теперь я люблю Сэма и доверяю ему как никому.

И все же я знаю, что есть какие-то вещи, которые он скрывает от меня. Как и я что-то скрываю от него. Сэм никогда не рассказывал мне, что именно Мэлвин записал в дневнике сестры Сэма, – подробности ее гибели. А я никогда не рассказывала, как близка была к смерти в Мрачном заливе.