Книга Замуж по принуждению, страница 81 – Анна Окс

Я. Ничего. Не. Хочу.

Дайте мне погоревать. Мне это необходимо. Просто оставьте меня все в покое.

Мне безумно стыдно перед мальчиками, ведь я с ними не разговаривала очень давно. Но и заставить себя это сделать не могу. Единственное, что у меня получается делать — это лежать, свернувшись калачиком и реветь белугой. Весь мир испарился. Осталась только я и моя зияющая дыра в сердце, которая с каждым днём становится всё больше и больше.

Я ни на что не реагирую. На меня накатила такая усталость и апатия, что мне на всё плевать. Казалось, мир для меня перестал существовать.

Я была сильной, терпела все оскорбления, измены, унижения мужа. Но этот поступок окончательно меня сломал и я выпала из жизни.

Я сейчас на краю обрыва. Упала, но схватилась одной рукой, пытаясь удержаться. Силы меня покидают и я хочу отпустить руки, чтобы обрести покой, но не могу, ведь меня ждут мои любимые сыночки. Будет по-скотски так поступить с ними.

Логан

Я каждый день вижу, как она всё больше и больше угасает. Она больше не произнесла ни одного звука. Жена ни на кого внимания не обращает. Она даже сама толком не ест. Её кормит либо медсестра, либо я. Ангелок просто выполняет запрограммированные механические действия.

Видеть её в таком состоянии после услышанной и увиденной правды было невыносимо. Я корил себя за всё каждую минуту.

Все многомиллионные, а даже многомиллиардные контракты отошли на второй план.

Сейчас мой график забит только тремя задачами. Первое: быть на связи с детьми. Второе: посещать каждое утро мозгоправа. Третье: приходить к жене.

— Логан, Вы поймите, нам нужно пробить её броню. Ей нужна встряска и я считаю, что как раз дети в этом нам помогут. Ваша супруга не идёт на контакт. Она должна увидеть, что жизнь продолжается и ей есть ради кого жить. Посмотрите, — психолог отходит в сторону и показывает на приоткрытую дверь. — так продолжается уже две недели. Вы же осознаёте, что дальше — только хуже будет? — моя жена лежит, свернувшись калачиком и отвернувшись к стене. Эта картина на протяжении двух недель мне мерещится и во сне тоже. Эта картина разрывает меня по полам. Всё бы отдал, чтобы не совершать тех ошибок.

Мне ничего не оставалось, как послушать психолога и сказать матери, чтобы они возвращались. Нужно привести жену в себя. Она должна вернуться в реальный мир, чтобы продолжить жить. Пусть проклинает меня, орёт, психует, но будет жить, а не существовать.

Спустя три дня наш частный самолёт приземляется и я забираю детей и маму. Везу их к нам домой. Ещё матери объяснить придётся, что ей некоторое время нужно пожить с нами.

— Сынок, что у Вас произошло? Куда Анна пропала? Почему ты такой подавленный? — я не удивлён стольким вопросам. Мама хорошо продержалась ещё, не задавая их раньше времени.

— Мам… — хватило этому слову вырваться наружу, как я вернулся в детство, где был окружен любовью и поддержкой. Мне сейчас этого так не хватает. Я привык к тёплым эмоциям от моей любимой жены, поэтому чувствовать холод, исходящий от неё мне даётся непросто. Я впервые позволил себе расплакаться. Я облажался. И мне страшно от того, что нас ждёт впереди. Умом понимаю, что жена со мной не останется после всего произошедшего, а у меня духу не хватит силой удерживать её рядом.