Онлайн книга «Танцующий лепесток хайтана»
|
“Где Чу Ваньнин..” “Что с ним…” Ваньнин сознательно старался отстраниться от происходящего, убеждая себя, что всё это не имеет значения, но он уже догадывался, к чему всё идёт. Жун Цзю собирался морально уничтожить Мо Жаня — но сделать он это мог, лишь убив его веру в Ваньнина. Мо Вэйюй позволял избить себя, он, казалось, был рад любой боли — всё, что имело для него значение, сводилось к благополучию балетмейстера Чу. Ему было плевать на себя и собственную жизнь… Понимать это было совершенно невыносимо. Мо Жань смеялся в лицо Жун Цзю, когда тот пытался пошатнуть его веру в единственного важного ему человека. Продолжал улыбаться сквозь боль кровоточащими дёснами, задыхаясь. “Так… где он?” Жун Цзю не выдержал. Захлёбываясь ядом, он прошипел Вэйюю в лицо: — Думаешь, он захочет видеть тебя? Сына человека, который превратил его жизнь в ад?.. Ты смешон, Вэйюй. Никто не захочет тебя, и никому ты не нужен. Он развернулся, чтобы уйти, но затем в последний момент обернулся: — Чу Ваньнин был здесь всё это время. Он слышал каждое твоё слово, и не торопился прийти на помощь… Балетмейстер Чу не боялся этой обличительной речи — к тому моменту он уже понял, что ему позволили здесь находиться с неким умыслом. Никто не знал, что Мо Жань на самом деле испытывает к нему не ненависть — однако его наверняка собирались использовать. Именно он должен был стать их инструментом возмездия — вот только он до сих пор не понимал, каким образом. Медленно он вышел из тени под свет единственной лампы, представая перед Вэйюем. Ноги, казалось, с каждой секундой наливались свинцом. В висках гудело. Мо Жань сощурился, словно не вполне различал, кто перед ним, лицо его после побоев медленно наливалось краснотой, обещавшей со временем перейти в синюшность. — Учитель… Чу Ваньнин продолжал стоять на месте. Он понимал, что не сможет ничего толком сказать Мо Вэйюю на глазах у всех, а потому после затяжного молчания тихо ответил: — Твой учитель здесь. В свете брошенных до этого издевательских слов Жун Цзю могло показаться, будто он издевается над Вэйюем, на деле же — он пытался этой фразой дать Мо Жаню понять, что он никуда не ушёл. Он будет с ним до конца, что бы это ни значило: гибель для них обоих — или призрачную возможность спасти ученика, который давно стал для него больше, чем просто глупым привязчивым парнем. Мо Вэйюй приподнял разбитые уголки губ в подобии улыбки, в которой было слишком много света — сейчас, как никогда, он напоминал того беззаботного мальчишку в первый день их встречи. Словно не было между ними долгих лет недопонимания, страха и ненависти. Вот только в глазах его застыла больная грусть, от которой сердце Ваньнина, казалось, вот-вот остановится. Возможно, было слишком поздно, но… Он всё равно заставил себя смотреть на Мо Жаня прямо, не пытаясь укрыться. — Я знаю, кто ты, и каков ты, — в голосе балетмейстера Чу не было горечи. Он хотел дать Мо Жаню понять, что никакие видео Жун Цзю не заставят его изменить мнение. Его чувства к Мо Жаню — прежние. В этом забытом богами месте, где даже воздух многие годы вбирал в себя запах скверной крови и безнадёжности, он хотел стать для него если не надеждой, то хотя бы утешением. Надеялся, что Вэйюй прочтёт его чувства правильно хотя бы сейчас — потому что ни на что большее сейчас у него не было сил. |