Книга Лучший друг моего парня 2, страница 39 – Мария Манич

— Исаева!

Просто повернуть голову на требовательный голос Вики теперь целая проблема. Приходится остановиться и развернуться всем телом, поморщившись от дискомфорта. С воротником на шее я стала жутко неповоротлива.

Утром ездила к травматологу, он направил меня к неврологу и порекомендовал не спешить снимать воротник. Отходить положенное для восстановления время, даже если кажется, что всё уже пришло в норму. Затем ещё раз на снимок, и, возможно, придётся посетить мануального терапевта. Такой подход в обычной больнице меня удивил. Когда я ломала руку в детском доме, мне наложили гипс на месяц, а потом сняли. Без всяких дополнительных манипуляций.

Погода решила реабилитироваться за недавний колючий снег. Сегодня в эфире сказочные снежные хлопья, которые валили всю ночь. Двор универа, засаженный елями, превратился в зачарованную картинку. Между деревьями натянуты гирлянды, они всё ещё горят с ночи, добавляя волшебства.

Вика в короткой бежевой дублёнке с белым воротником нараспашку широким шагом двигается в мою сторону. На её красивом лице застыло решительное выражение, длинные тёмные волосы развеваются на ветру, грудь, обтянутая светлой водолазкой, подпрыгивает при каждом движении своей хозяйки.

Она красивая. Эффектная. Сексуальная.

Парни смотрят вслед её упругой заднице, присвистывают, спотыкаются, и валятся в сугробы чуть ли не штабелями. Я понимаю, почему Мирон постоянно выбирает её для себя. Понимаю. И ненавижу Вику за это. Ненавижу и Гейдена, поселившегося у меня в голове, сердце и других органах. И ненавижу себя, потому что ревную и из-за этого опять ощущаю себя слабой.

— Привет, — произношу, пряча глубоко внутрь истинные эмоции. — Ты что-то хотела?

Мы учимся на разных специальностях и курсах. По-настоящему близкими подругами так и не стали. И вряд ли станем. Я перелистнула эту главу своей истории. Больше с компанией золотой молодёжи нашего универа меня ничего не связывает. Я не хочу в неё влиться и занять там чье-то место. Я хочу другого.

— Ого, так это правда? — спрашивает Вика, останавливаясь рядом.

Распахивает глаза с густо накрашенными ресницами и без стеснения смотрит на мой новый аксессуар на шее.

— Что правда?

— Соколов напал на тебя, а братья Гейден вытрясли из него за это душу. Счастливица.

— Сомнительное счастье, — поджимаю губы. — Я спешу на зачет.

Не дожидаясь ответа Вики, направляюсь в сторону крыльца. Она не отстаёт, шагает рядом. Подносит к губам серебристый вейп и выпускает сладкий дым. Понятия не имею, что ей от меня нужно.

— Хочешь, выпьем кофе после? У меня сегодня одна консультация, — неожиданно предлагает Вика.

Снова останавливаюсь. Чуть прищуриваюсь.

— Что тебе надо? — спрашиваю напрямую.

— Да ничего. Так, поболтать хотела. Я была такая пьяная, кажется, вырубилась и ничего не помню. Очнулась дома, когда мать запихнула меня под холодный душ. В наказание лишила меня бабла и заставила пописать в баночку. Слушай, такой скандал с нашим Саней. Никто и не догадывался, что кто-то из компании употребляет. Я бы скорее поставила на Стаса, чем на тихого и правильного Соколова, — говорит Вика, хлопает ресницами, неотрывно глядя на меня. Я молчу, тогда, затянувшись ещё раз, брюнетка продолжает: — Все наши предки на ушах стоят. Хотят узнать, кто распространяет. Твои тебя не прессовали?