Книга Лучший друг моего парня 2, страница 104 – Мария Манич

Сухарь.

Я не выхожу из дома до вечера, и мне в принципе не за чем появляться на улице, морозить нос. Но всё же решаюсь немного пройтись. После долгого сидения перед ноутбуком начинает болеть шея. Не хватает движения.

Натягиваю на себя свитер крупной вязки и обычные джинсы. Беру ключи от дома, телефон и, чуть помедлив, карточку, предварительно проверив баланс. Мирон очень щедр. Даже слишком.

Мне это не нравится. Я чувствую себя обязанной ему за эти деньги, подарки, содержание. Я содержанка Гейдена? Очень похоже на то… Не могу расслабиться и принять безвозмездно.

Неожиданно в дверь два раза коротко звонят.

Помедлив, припадаю к глазку в надежде увидеть там Марка. Кто ещё может сюда прийти? Ну не Вика же… или ещё какая-то другая тёлка Гейденов. Но с удивлением обнаруживаю за дверью не нахальную рожу Марика, а Катю Чернову.

— Привет, — произношу, не скрывая озадаченности в голосе, впуская гостью на порог.

Катя немного разматывает объёмный красный шарф, плотным кольцом повязанный вокруг горла, но раздеваться не спешит. Оглядывает меня с головы до ног цепким взглядом.

— О! Отлично! Ты уже одета. Идём?

— Куда? — настороженно.

Ничего не понимаю.

— Гейден не писал? Очень в его духе. Он беспокоится о том, как ты здесь одна, и попросил — читай приказал — проведать тебя и позвать развеяться.

Боже мой… Мирон нашёл мне няньку? Переминаюсь с ноги на ногу. Как-то неудобно.

— Ты не обязана этого делать. Я собиралась спуститься в магазин за йогуртом. Мне вполне комфортно одной.

— Не придумывай. Миша всё равно занят, а я хочу выпить кофе и погулять в приятной компании, — отмахивается Катя, ныряя в свой телефон. — Всё, такси уже приехало. Захвати куртку, там такой дубак.

— Погоди… — торможу предприимчивую девицу. — Кофе можно и у меня попить. У Гейденов отличная кофемашина.

— Я придумала кое-что другое, — хитро прищуривается, на её шапке тают снежинки. — Как ты относишься к искусству?

Пожимаю плечами. Никак не отношусь.

— Сегодня в галерее старт выставки. Местные художники. Поехали. Будет весело. Пирожные, шампанское, богема. Всё лучше, чем сидеть одной дома. Я знаю, что такое одиночество. Бывает в кайф, а бывает — на стенку лезть хочется. Никакое общение в сети не заменит личной встречи, — настаивает, улыбаясь.

И я сдаюсь.

— Ладно!

— Отлично! Жду внизу.

Беру с вешалки куртку, с полки шапку и выхожу из квартиры вслед за Катей.

Выставка проходит в центре города, в одном из старых зданий, и занимает весь последний этаж. Брожу от одной картины к другой, рассматривая цвета, тени и игру света. Катя без умолку болтает, заменяя мне гида. Активно жестикулирует и, кажется, знает всё. Удивительно, но я чувствую себя в её компании очень уютно. Её болтовня не напрягает, наоборот, хочется слушать и задавать вопросы. Иногда Чернова вставляет едкие комментарии относительно той или иной работы, они смешные и колкие.

Встретив знакомых, Катя ненадолго оставляет меня одну, а я, взяв для вида бокал шампанского у пробегающего мимо официанта, отхожу к окну. Делаю несколько фотографий на вытянутой руке и отправляю лучшую Мирону. Там, где у меня светятся искрами веселья глаза.

«Развлекаешься?» — падает на телефон через несколько минут.

«Мог и предупредить», — с укором.

«Ты бы нашла способ отказаться», — сразу же прилетает ответ.