Книга Прости за мою любовь, страница 78 – Мария Манич

— Украли? – Брови Егора резко поднимаются. – Тоже? Иванова страдает клептоманией?

— Иванова? Причем тут Маша?

— Я ей одолжил толстовку вчера, дойти до комнаты. Она пролила на себя колу. Платье на ней такое было, что и в сухое виде ничего не скрывает, что уж говорить о мокром.

Егор хрипло смеется, а я судорожно пытаюсь сопоставить факты, которыми владею. Маша и Егор или Маша и Леша? Где ночевала Иванова и с кем? Она же не совсем дура, чтобы начать крутить с двумя парнями роман в столь закрытом пространстве? И все же видели ее утренний поцелуй с Кузнецовым, или не все?

— А-а-а, – только и могу выдать я.

— Скажи ей, чтобы занесла мне, если больше не нужна. Вы ведь в одной комнате живете?

— Да, конечно, я ей все передам.

В комнате Маши не оказывается, на телефон она тоже не отвечает. Желтая толстовка Егора небрежным комком брошена на ее кровати. Я решаю, что если парень за ней зайдет, то непременно верну, а уже потом поговорю с Машей. Мне кажется, у подруги от меня стало слишком много секретов. Может быть, она обижается на мой отъезд и решила отдалиться?

Не было ни дня, чтобы я не думала о предстоящем академе и переезде в Германию. Почему именно сейчас Морозов решил сблизиться, ведь даже если у нас что-то получится за пределами этого лагеря (мысленно душу прорывающийся в душе марш Мендельсона), то дольше двух-трех месяцев, пока я еще в городе, у нас нет будущего. Он после университета собирается на год в армию, я после новогодних праздников не планирую возвращаться домой. Меня простреливает колкая боль в области сердца. Зато рядом с ним здесь как всегда останется Нелля. Вместо меня будет рядом. Придет на помощь по первому зову, если надо, то и утешит после моего отъезда.

Что же мне делать? Я еще не настолько уверена в его искренности и чувствах, чтобы предпринимать что-то самой. Знаю только одно: первый шаг ни за что не сделаю. Хватит с меня этих шагов навстречу Морозову, от которых он лишь убегал. Во мне живут разные червячки сомнения, которые грызут изнутри вперемешку с моими комплексами. Как трудно быть безответно влюбленной девушкой, у которой появилась надежда.

После ужина я говорю с мамой и Олегом по видеосвязи, они довольны квартирой, которую получилось снять, показывают ее мне со всех сторон. Я вяло улыбаюсь, не переставая радоваться за них и бороться со своими сомнениями ни на минуту. После звонка хочется поговорить с Машей, но ее в комнате опять нет, и я понимаю, что после завтрака ее так и не видела. Толстовка Егора исчезла.

Кирилл обещал ко мне заглянуть, и я принимаюсь ждать. Но проходит около получаса после отбоя, гремит музыка внизу, призывая всех спустится потанцевать, и я понимаю: он не придет. Испугался? Или больше не перед кем притворятся? Может быть, пока я сижу здесь в четырех стенах на полинялом покрывале, он мирится с Неллей? Которую я, к слову, тоже не видела после завтрака. Как и Кузнецова. Куда они все запропастились?

Надев свежие джинсы, футболку и свитер, выхожу из комнаты, закрыв за собой дверь на ключ. Убираю его в задний карман и, заправив растрепавшиеся волосы за уши, сбегаю вниз по лестнице. Где в холле играет музыка и пляшут неоновые огни на обшарпанных стенах базы отдыха.

Народу много, я делаю круг по танцполу, но тех, кого искала, не нахожу. Натыкаюсь только на Егора, который танцует странные танцы в окружении смеющихся девушек.