Книга Ненастоящая семья, страница 12 – Мария Манич

Мама опускается напротив и озабоченно вглядывается в моё лицо. Она втайне надеется, что я всё же останусь в городе и буду рисовать те самые визитки для её коллег. На визитках далеко не уедешь и семью не прокормишь. Мама говорит, счастье не в деньгах, и я тоже отчасти в это верю. Однако для комфортной жизни всё‑таки деньги в кармане очень важны.

— Регина, вот именно, дай ей сказать. И не будет она отказываться. Нечего ей здесь торчать.

Прежде чем родители опять начнут горячо спорить — а обсуждение моего отъезда последнее время сводится именно к ссорам между ними — я быстро излагаю суть проблемы.

Папа к концу моего рассказа всё сильнее хмурит густые брови, мама напротив — поднимает свои всё выше и выше. Она напоминает мне в этот момент Дроздова, он реагировал точно так же. Разве что за сердце не хватался.

— В общем, — подвожу неутешительный итог, перестав наконец мучить остывший чай. — Мне нужно найти мужа и как можно скорее.

— М‑да, — озадаченно тянет папа и подергивает мочку уха, бросая взгляд на маму. — Может, какого‑нибудь лейтенанта молодого из отделения попросить. Не в службу, а в дружбу. Мне не откажут, дочь, ты же знаешь. И вопросов лишних не будет.

— Нужно, чтобы он смог ко мне приехать, если что… для поддержки легенды, понимаешь? А твоих могут не выпустить из страны, — говорю я.

— Всё равно поспрашиваю. Сейчас наберу Михалычу, проконсультируюсь.

— Пап, давай не будем пока рассказывать всем, что я собираюсь фиктивно выскочить замуж в ближайшие две недели и нахожусь в поисках мужа. Чем меньше народу знает, тем лучше.

— Тоже верно. Регин, чего молчишь? — поворачивается папа к притихшей маме.

Она задумчиво жуёт губу, уставившись в окно. Я знаю этот взгляд и уже начинаю переживать.

— Я думаю, Сашенька. И, кажется, знаю отличное решение этой проблемы…

— Это какое?

— Потапов!

— Нет! — выкрикиваю протестующе, прежде чем мама успевает продолжить своё маркетинговое предложение. — Только не он!

— Георгий отличный вариант, — начинает мама свою вечную шарманку по подсовыванию мне в кавалеры сына своей давней знакомой. — И ты давно ему нравишься! Вот уж кто точно не будет задавать лишних вопросов. Я Галочке всё объясню, и мы устроим вам свидание! Пробное. Надо же искать выход. Ты постоянно сидишь дома, вот сходишь, развеешься…

— Мама‑а‑а… — страдальчески прикрываю лицо руками. — Он ест свои козюльки!

— Гоша давно этого не делает! Ему двадцать четыре, на минуточку!

— В четырнадцать он всё ещё их ел!

— Жорик и машину купил, — неожиданно поддерживает эту идею папа.

Стреляю в него взглядом. И ты, Брут!

Родители в два голоса начинают описывать и нахваливать мне достоинства будущего фиктивного зятя, очень вдохновившись этой идеей. Мне остается только молчать и в ужасе качать головой. Однако выбора особо у меня нет. Что‑то я не вижу очередь из потенциальных мужей, которая поджидает меня за углом.

— Ладно, — произношу в конце рекламной акции, в которой не хватает только графика с диаграммой доходов Георгия Потапова, «который уже не ест козюльки».

«Отличный вариант» — это, конечно, мама погорячилась, но на безрыбье и на свидание с сыном маминой подруги сходить можно. Поэтому на следующий день, нарядившись в юбку канареечного цвета ниже колен и белую, с воротом под горло футболку, я захожу в модное кафе «Лофт».