Книга Сопротивляйся, страница 70 – Мария Летова

Ведь у него ничего не было. У нас ничего не было. Съемная квартира с древним ремонтом и такой же древней мебелью. Мы были счастливы в ней, как больше не были счастливы никогда.

Мы не справились. Не справились тогда, а сейчас все в миллион раз сложнее. Ничего не будет, как раньше. Это невозможно!

Ложусь на кровать, прижимая к себе Мишанину подушку.

Веки дико тяжелые, очевидно, результат того, что я всю ночь держала их открытыми не в состоянии просто взять и уснуть.

“В нашем районе тихо, как в могиле. Частный сектор, но при этом самый центр города. Я хожу в универ пешком, а такое позволить себе может мало кто в моей группе.

– Я типа должен тебя отпустить? – хрипловатый шепот рядом с моим ухом.

За спиной забор родного дома, к которому я прижата сильным мужским телом.

На моей коже так много мурашек, но они не от холода. Мне жарко. Под пальто шарит очень наглая рука. Сжимает бедро через платье, в которое я одета. Будто ее хозяин знает, что получит в нос, если попробует пробраться ПОД платье, даже, несмотря на то, что вчера мы были совершенно голые, и я лишилась девственности по щелчку!

Я совершенно не соображаю. Я, кажется, влюбилась.

– Если не хочешь, чтобы мой отец отстрелил тебе что-нибудь очень важное… – пугаю Руслана, надеясь, что никакие угрозы не станут для него помехой.

Он смотрит на меня сверху вниз. В темноте его глаза непроницаемые, но я знаю, что они голубые, как насыщенная бирюзовая акварель.

В моей руке букет белых хризантем. Очень красивый и большой. Мне казалось, что весь зрительный зал городского театра пялился на нас, потому что всем было понятно, что у нас свидание.

Он не целовал меня. Ни разу за этот вечер. Только держал за руку и чертил большим пальцем круги на моей ладони. Ничего такого, но я возбуждена так, что жмурюсь, когда, толкнув своими бедрами, заставляет почувствовать раскаленный бугор у себя в джинсах.

– Это? – спрашивает, выгнув густые, темные брови.

Я роняю букет, забрасывая руку ему на шею.

Он целует раньше, чем успеваю дать понять, как мне этого хочется. Мы целуемся так жадно, что даже выстрел из ружья не смог бы меня остановить.

Я влюбилась, но ни за что ему не признаюсь…

Я не хочу, чтобы он меня отпускал. У меня в запасе еще как минимум полчаса.

Запахи осени смешаны с запахами его дыхания. Его одежды.

Моя нога обматывается вокруг его бедра, пальцы зарываются в волосы.

Руслан прижимается носом к моей щеке и бормочет:

– Оля Любимова, будешь моей девушкой?

– Может быть… – плавлюсь в его руках, счастливая, как безмозглая дура…”

В доме по-прежнему тихо, но за окном уже темно.

Мое тело тяжелое и ватное, как после сна, который высосал энергию вместо того, чтобы ее дать.

Я проспала два часа, а по ощущениям – вечность.

Размяв затекшую шею, выхожу из комнаты и направляюсь в ванную, где умываюсь раз сто.

Голос сына приводит меня в столовую. В компании моих родителей он ест и балаболит без умолку.

У меня нет аппетита. Я частично дезориентирована. Присев на диван, бездумно переключаю каналы на телевизоре и вздрагиваю до самых печенок, когда дом сотрясает звонок в уличную калитку, от которого по моим нервам проходит электрическая волна.

Я знаю, кто это.

Просто знаю, и все!