Книга Сопротивляйся, страница 115 – Мария Летова

Меня не интересует ни одна подробность их отношений.

Это больше не цепляет. Не давит. Не жмет.

Глядя на Чернышова сейчас, я думаю о том, сколько новых интересных навыков он приобрел за последние годы? Вместе с этими морщинками, которые пересекают его лоб.

Его взгляд стал жестче, тело крупнее, но это все еще он, просто другой. Я хочу узнать его нового. И я не хочу быть закрытой книгой, поэтому прохожу в комнату и сообщаю:

— Я кое-кого встретила сегодня.

Развернувшись, он складывает на груди руки и прислоняется бедром к столешнице.

— Кого? – смотрит на меня оттуда.

Остановившись напротив, копирую его позу.

— Твоего “делового партнера”, – склоняю набок голову.

Его глаза цепляются за мои, между бровей возникает складка.

— Хочешь вернуться к старому разговору? – спрашивает. – Могу я тогда налить себе чего-нибудь выпить?

— Это ты устроил ей переезд? – игнорирую его “юмор”.

Руслан проводит ладонью по своей шее, сощуривая глаза.

— Могу я услышать эту историю с самого начала? – просит он.

— Нет никакой истории. Она пошла за мной в туалет и поблагодарила за свой перевод.

— Она не уточнила, какого хрена здесь делает, раз ее выселили? – интересуется Чернышов.

— Нет. Так это ты сделал?

Он молча гоняет по скулам желваки. Через секунду снова расслабляется и говорит.

— Я.

Смотрю на него пытливо.

— Это разве не слишком? – спрашиваю тихо.

— Я предпочитаю решать проблемы на стадии их формирования, – разъясняет он, вдумчиво подбирая слова. – Ты обозначила проблему, когда мы с ней столкнулись, и я ее решил. Моего “делового партнера” в этом городе много когда касается бизнеса, потому что она представляет крупнейший банк в городе. Ты это поймешь, когда твой собственный бизнес начнет набирать обороты. Тогда ваши пересечения станут вопросом времени, и это проблема, насколько я понял. Ты разве не это вбила в мою башку?

— Я просто не знала, как масштабно ты теперь решаешь проблемы…

— Теперь знаешь.

— То есть, мне нужно подумать раз пятьсот, а потом уже ставить перед тобой проблему?

— Тебе вообще не нужно думать. Тебе нужно просто рассказать мне о ней.

Мне больше не больно от воспоминаний. Но они все равно зудят, как шрам на коже, а его слова как соль. Жечь не перестанет, пока этот чертов шрам не затянется.

— Ладно… – смотрю на него. – Вот тебе проблема… Когда у Миши резались зубы, я два дня не спала и не ела. Он все время плакал, я думала, сойду с ума. Просто упаду. Я ревела… позвонила маме, у нее был аврал. Тогда я позвонила тебе.

— Продолжай…

— Ты не взял трубку.

Я не делаю это обвинением. Просто фактом. Я и тогда не винила его. Я знала, что у него аврал.

— Я был уверен, что она помогала тебе.

Его голос звучит низко. Как шелест по комнате.

Глядя на него, я вижу, как каждое сказанное мной слово проходит через его голову. Именно сейчас, а не тогда, когда я вываливала на него претензии вперемежку с обидами.

Крича и… теряя его…

— Я перестала ее просить…

— И меня.

— Ты был все время занят. Я была как в дне сурка. Одна в этом доме. Ты перестал звонить. Ты меня не замечал…

Оттолкнувшись от столешницы, идет к окну. Упирается руками в подоконник, глядя на улицу, где нет никакого движения. И эта тишина, которая нас окружает, не дает никуда спрятаться от этого разговора.

— Я тоже был, как в дне сурка. Я не помню тот год почти. Обрывками. Боялся подписать любую бумажку. Боялся подставить себя или еще кого-нибудь. Боялся сесть лет на десять за это. Башка от перенапряжения лопалась. Меня вытопили из проекта прямо на этапе реализации, но Олег вмешался…