Книга Сопротивляйся, страница 100 – Мария Летова

— Что со сроками поставки новых троллейбусов? – требует наш губернатор. – Мне этот вопрос на каждой Думе задают, а я как мальчик отбиваюсь, – пеняет он мне.

Этот вопрос и меня достал. Он из тех, что повисают в воздухе, и просто раздражают, как иглы в заднице.

В окне видео-конференц-связи на ноутбуке отчетливая картинка с лицом моего начальства. Связь у нас отличная, несмотря на то что территориально он в Дубае, и из-за разницы во времени мне пришлось весь день провести в кабинете и убить дохрена рабочего времени, потому что я был без понятия, во сколько он собирается позвонить.

— Поставщик не справляется с нагрузкой. Поставки перенесли на апрель, – отчитываюсь ему.

— Что за беспредел? – лает. – Какие меры приняли?

— За каждый день просрочки взыщем пеню. Дело уже в суде.

— Беспредел… – ворчит он. – Ну а в целом? Какие сроки запуска троллейбусов?

Пф-ф-ф…

Стучу пальцами по столу, прикидывая, какой уровень правды ему нужен. Опыт давно показал, что начальство не интересует правда и сопутствующие ей проблемы. Какой бы не была проблема, решать ее буду я, от него же требуется раздобыть денег на реализацию поставленных задач. Деньги на новые троллейбусы выделили еще в прошлом году. Еще до того, как я занял этот кабинет, и теперь за полгода я должен сделать то, что до меня не разрулили и за полтора года.

— У нас не хватит контактных сетей для запуска дополнительных машин, – говорю как есть. – Закладку новых линий начали в феврале, закончим ориентировочно… в июне…

— В каком июне?! – басит. – У нас министерство в мае на открытие мемориала приезжает. К тому времени надо запустить троллейбусы. И вообще, город подготовить. Тут я тебе объяснять не буду. Сам разберешься, что делать.

— Май – нереально, – стою на своем, потому что это, блять, правда. – Начало июня – приблизительно реальный срок.

— Руслан, – перебивает. – Я не хочу слышать слов “приблизительно” и “может быть”. Этот вопрос нужно закрыть. Конец мая – вот твой потолок. Не справишься, в лужу сяду я, а если я сяду в лужу, тебе будет вынесено китайское предупреждение.

Два года назад я крестил его внука, но он каждый раз намекает мне на то, что драть меня во все щели из-за этого не перестанет. Я и не рассчитывал, зная его характер, поэтому, заткнувшись, киваю в камеру.

— Пресса расквакалась из-за четвертой городской больницы. Что у них там? Почему столько вони? Мне сигнал был разобраться.

— Сдали новый корпус, по информации пациентов он не приспособлен для приема больных, – в общих чертах объясняю ситуацию.

— Я этим заниматься не буду. Сам займись. Прими у себя жалобщиков, пообещай разобраться, журналистов позови.

Снова киваю, предвкушая волшебную встречу с недольными в присутствии прессы. Зато Миша увидит меня по телеку, в первый раз его сильно плющило на эту тему. В его саду каждой собаке известно, чей он сын, в этом есть свои плюсы. Ни мне, ни Оле ни о чем не приходится просить там дважды, нам идут на встречу в любом вопросе, хоть мы и некапризные клиенты нихрена. Может быть, нам стоит учиться быть капризными в качестве поддержания имиджа, но нам обоим слишком не до того, чтобы портить кому-то жизнь из принципа.

Оставшиеся двадцать минут довожу до сведения начальника ситуацию с москвичами и их интересом в области. Велит мне пока не высовываться и ждать отмашки. Свою позицию я ему тоже озвучиваю, и он в целом со мной согласен, но предварительно хочет выяснить, кто стоит за этими посланцами.