Книга Не дай мне уйти, страница 18 – Мария Летова

Его пристальный взгляд концентрируется на моем лице, когда растягивает ответ:

— При-вет.

— Привет.

Приподняв грудь в медленном вдохе, он произносит:

— Приятная встреча. И погода отличная.

Взгляд его глаз слишком подвижный, и он плавает по мне с особым вниманием.

Черт возьми, почему это так сложно?!

— Я слышала, у вас тут крупный проект, — делюсь крупицами информации.

— Все относительно. Но можно сказать, что да, крупный.

— Тогда городу повезло.

Повернув голову, Кирилл смотрит вдаль и отзывается:

— Да. Повезло.

Мне кажется, будто в его голосе я слышу иронию, но даже зрительно разделив четкий профиль на части, не могу сказать наверняка.

После шумного, набитого людьми зала, здесь воздух кажется неподвижным. И мне тесно, несмотря на то, что вокруг предостаточно свободного пространства, но оно еще сильнее скукоживается, когда Кирилл снова на меня смотрит.

— У нас давно ничего подобного не строили… — продолжаю я.

— Все движется и меняется.

— Да… — поправив волосы, я пытаюсь не спалить к чертям собачьим свое сердце, которое за секунду разогналось до скорости света. — Ты… здесь… один?

Он снова выгибает брови, но я уверена, что мой вопрос ему понятен.

— О чем ты? — спрашивает все с той же дружелюбной открытостью.

— Твоя жена…

Не знаю, имеет ли это для нас с Лео значение, но я предпочитаю получить ответ. Даже сгорая заживо от стыда за то, что влезла в его частную жизнь, не хочу забирать свой чертов вопрос назад.

Я спрошу только это, и ни за что не стану спрашивать, сколько раз в неделю он трахает ту переводчицу.

Он мучает меня молчанием не дольше пары-тройки секунд, после чего отвечает:

— Я не женат.

Маша

Я проглатываю его ответ вместе с воздухом, сделав короткий вдох. Сердце делает скачок, и я пытаюсь успокоить пульс, ведь эта пляска — полная противоположность тому, с какой легкостью дались ему только что озвученные слова.

Он наблюдает за мной так, будто я бабочка под стеклом.

Наблюдает за моим лицом со все той же снисходительной расслабленностью, словно в ожидании моего следующего шага, которому не собирается препятствовать. Наоборот, всем своим видом демонстрирует расположенность к беседе и вежливую легкость, которая меня нервирует.

Я не видела его слишком долго. Слишком давно, чтобы понимать этот взгляд. Чтобы понимать, трачу ли его время своими попытками узнать о нем хоть что-то, ведь там, за дверью, его ждут дела, ради которых он сюда приехал.

— Не знаю, могу ли тебя с этим поздравить, — произношу отрывисто.

— С моим семейным положением? Думаю, вполне.

— Тогда поздравляю. Я не сильно опоздала с поздравлениями? — решаю зайти еще дальше, раз весь мир остался за дверью.

— Примерно на четыре месяца, — отвечает. — Ты интересуешься, потому что неравнодушна к моей судьбе? Или потому, что хочешь узнать, в каком номере отеля я остановился?

Он в разводе четыре месяца. Я не в состоянии оценить значение этой цифры — много это или мало. Озвученная им расстановка вопросов прямолинейная, как пуля в лоб! Никакого нахальства или издевки, но меня будто окатили холодной водой.

— Я, кажется, узнала достаточно, — говорю ему. — Не хочу тратить твое время, оно у тебя, наверное, очень дорогое.

Скрипнув каблуками, разворачиваюсь на месте и иду к двери. Тишина за спиной — самый громкий сигнал о том, что поступаю правильно. Она сопровождает меня всю дорогу, побуждая двигаться быстрее. В холле охлажденный кондиционерами воздух жгучим контрастом впивается в кожу, но не дотягивается до моих мозгов, которые кипят от эмоций.