Книга Жесткий рок, страница 107 – Мария Летова

Включаю ей какой-то говнофильм, и она залипает. Глажу живот, глажу ее волосы. Люблю ее, пи*ц просто.

Мы с ребятами сейчас пишем новые песни, одна про мою Алёнушку. Называется «Решиться».

Я о детях вообще никогда не думал, но в Тае у меня крышу снесло. Я понял, что вот так они делаются – просто и понятно. Мы вместе, у нас все правильно. Я ее люблю, она – меня. Почему нет? Она все пищала о каких-то презервативах, но я последние пять дней вообще от них отказался.

Мне тридцать пять. Я знаю, чего хочу. И решил не откладывать.

— Антон?.. – подает Алёна голос.

— М-м-м? – лень даже говорить.

— Может, Маша?

Маша. Маша – это почти как Настя. Типа, Шарик или Барбос. Хотя… Машенька…

— Может и Маша… – отзываюсь, проверяя почту в телефоне.

— А Саша? Как твоя бабушка…

Мою бабушку все по жизни называли Шурой. Мне как-то не очень.

— Ну, а твою как звали? – спрашиваю, почесывая ее затылок.

Зарываюсь пальцами в волосы. Она от этого аж дрожит вся, мурлычет.

— Паша… – смеется Алёна..

— Тогда уж лучше Маша.

Она вздыхает. Хочу ее всю объять и сжать в своих руках, но тут приперается мистер Страшилище. Садится на наши сплетенные ноги, потому что знает – при ней я его не пну. Смотрит на меня нагло.

Сука.

Дом давно готов, но мы решили остаться в городе. Здесь ее врач. Застрять в пробке на въезде с рожающей женой – это последнее, чего бы мне хотелось в жизни. Родится наша Маша, и сразу поедем туда.

Алёнушка какая-то неспокойная. Уже три раза меняет положение.

— Что?.. – спрашиваю ее, поднимая лицо за подбородок.

— Не знаю… что-то живот тянет… – жалуется Алёна.

— Воды?

— Да… можно… – устало отзывается она.

Бедная моя Алёнушка.

Осторожно встаю и чешу к холодильнику. Достаю холодную бутылку «боржоми». У нас их тут целая батарея. Наливаю в стакан и несу ей.

Моя девочка привстает, хмуря брови.

Пока она пьет, замечаю огромное мокрое пятно на диване.

Что за?..

Бл*ть…

Меня пот прошиб…

— Алёна?.. – с подозрением зову я.

— М-м-м?.. – отзывается она, глотая воду.

— Ты рожаешь, что ли?..

— Сегодня у меня в гостях Алёна Наумова, – объявляет Вика, после чего следует заставка и дается краткая сводка моих скромных достижений:

«Алёна Наумова. Тридцать три года. Жена Антона «Беса» Наумова, фронтмена группы F.G.M. Все помнят знаменитое фото пары…»

В этом месте дают ту самую фотку. Я смеюсь. Антон сидит перед ноутбуком, развалившись на стуле.

Этот выпуск нашего с Викой влога посвящен мне.

Это тщеславно?

Но ведь я жена Беса! Имею право!

Антон нажимает на паузу и спрашивает, повернув ко мне голову:

— Ты уверена, что мне стоит это смотреть?

Опять смеюсь.

Моя дочь начинает капризничать и кривить личико.

— Чш-ш-ш… – шепчу, качая ее в руках так, будто я маленькая американская горка.

Бес качает головой и снова запускает видео.

— Он тебе сразу понравился? Или ему пришлось постараться?

Антон снова врубает паузу и смотрит на меня, вскинув брови, и я снова смеюсь.

Да, вопрос поставлен так, будто стараться пришлось ему, а не мне. Но ведь вопросы мы готовили вместе с Викой, так что извините.

— Он мне вообще не понравился. Первый месяц нашего знакомства я его именовала исключительно как «козел».

Наумов делает характерное движение, разминая шею. Гоняет голову вправо и влево, но на паузу не ставит.

— Он вел себя так, что после каждой встречи я клялась себе в том, что это последняя наша встреча.