Онлайн книга «Под кожей»
|
Я тянусь к этому балансу. К этому костру, как пес бездомный. Чтобы греться и подыхать от удовольствия… Я не искал успокоения в жизни. Я даже не понимал, что оно мне, блядь, нужно. Или искал, но не там. Заведенный, как часовая бомба. Злой. Злой, да. Балашов… Память такая херня, которая никогда не оставит голодным. Образы, звуки голоса. Я все помню. Сабина. Тот день, когда она выскочила из дома, потому что мы поссорились… Стиснув зубы, я прикрываю глаза. Это было тяжело для семьи, для каждого из нас. И сейчас… думать о справедливости своих поступков, допускать вероятности, копаться в воспоминаниях… Все становится не таким важным, когда находишь свое успокоение… Сейчас мои потребности сводятся к тому, чтобы защищать свою территорию. Будто я, блядь, двухлетний ретривер на херовом этапе социальной зрелости. Тайсон снова входит в раж. — Блядь… — выдыхаю в серое небо. Карина снова смеется. Выбирается из моей куртки. Я оставляю ее расстегнутой, что немного остыть. Пока Карина чешет Таю уши, я наблюдаю за ней исподлобья. Я должен ее отпустить. У нас еще минут двадцать, а потом мы разъедемся. Она вернется к дочери, я же отправлюсь домой. Я тру ладонями лицо, отлипая от ограды. Полный гребаного принятия, но с каждым днем принимать ситуацию не легче, а труднее. Завтра мы встречаемся в доме ее родителей. Это официально и тоже впервые. План нашей совместной жизни обещает мне дохера дней и ночей в компании только моей собаки. В некоторых вопросах он вообще полон неопределенности. Радует хотя бы то, что со вчерашнего дня я точно знаю пол своего будущего ребенка. Эпилог Карина Год спустя — Ну какой же он серьезный… Какой же ты деловой… Да-а-а… Ты наш маленький прокурор… Да? Да-а-а… Ну улыбнись. Улыбнись, давай-давай… Ну-у-у? Ну улыбни-и-ись… Такой ты злюка… Я закусываю губу, чувствуя себя так, будто готова сорваться со стула и прикрыть телом коляску, над которой нависла Лида Галицкая. Она не представляет никакой угрозы. Она, твою мать, фея крестная, но в последние дни со мной явно что-то не так. Я, кажется, схожу с ума. Я и сама это чувствую, радует, что самоосознание — первый признак того, что с головой у меня все в порядке! Это первая встреча Лиды и Амина Алиева. До этого дня он кроме членов семьи и врачей никого в своей жизни не видел, и все родные все хотят от нашего с Денисом сына кусочек. К нему вечная очередь желающих познакомиться. Его бабушки, дедушки и другие родственники, с которыми я и сама по большей части не знакома! Именно от этого я и схожу потихоньку с ума. Мне хочется… спрятать сына от внимания, укрыть, защитить. Кажется, у меня послеродовое расстройство. Или гормоны. Они пляшут. С ума меня сводят. Лида трясет перед лицом Амина погремушкой. Его маленькие пальчики шевелятся в воздухе, сын пускает пузыри из своей слюны. Ему три месяца. — Ты такой хорошенький… — продолжает Лида. — Похож на мамочку. И на папочку. Да? Да-а-а… Я делаю глоток чая. Я выбралась из дома вот так, посреди дня, просто чтобы хорошо провести время, впервые с тех пор, как Амин родился. Мы в ресторане Галицких. Я не сильно баловалась едой, ведь Амина я кормлю грудью. Молока у меня навалом. — Ты так хорошо выглядишь, — улыбается мне Лида. — Ты с этой беременностью просто расцвела. |