Книга Под кожей, страница 119 – Мария Летова

Парковая дорожка, по которой мы идем, пляшет у меня перед глазами.

На ходу я набираю отцу сообщение, прося его минут через двадцать отвезти Сабину к нам домой и покормить ее. Только очутившись в большом черном «китайце», я наконец-то озвучиваю вопрос, который стоит на повестке.

— Куда мы едем?! — спрашиваю ошарашено.

Дом, перед воротами которого Денис тормозит, — кирпичный и двухэтажный. Мне хватает ориентации на местности, чтобы понимать — помимо всего прочего, этот дом находится пусть и не в тесном, но соседстве с домом моего мужа.

Денис открывает ворота, используя старомодный пульт, и молчание между нами делает скрежет этих ворот оглушительно громким.

Еще сегодня утром вхождение в дом его родителей являлось неопределенным будущим, а теперь меня несет на эту стену с бешеной скоростью!

Скорость этому полету задает Алиев.

Ведя машину, он упрямым взглядом прокладывал нам дорогу через город.

С этим воплощением Дениса я уже знакома. И даже неоднократно проверяла его на прочность. Я проверяла буквально вчера, а сегодня я смотрю на окна этого большого дома, потому что это не та просьба, на которую я могла бы сказать Алиеву нет. Это была и не просьба.

Я смотрю на парадную дверь с широким крыльцом, сжимая и разжимая пальцы в кулаки. Словно с утроенной силой на меня давит атмосфера планеты. Словно готовлюсь к драке, хоть это и неправильно.

— Подожди здесь… — просит Денис, оставляя меня перед дверью.

Он тащит Тайсона за угол, там находится его вольер.

Я уверена, что наше появление во дворе не могло остаться незамеченным, и я права, ведь дверь дома открывается. На пороге я вижу мужчину в годах. Черты его лица, телосложение — в них угадываются знакомые особенности, и я испытываю волнение несмотря на то, что вся покрыта невидимыми шипами.

Его глаза — карие. Умные. Очень умные и внимательные, это не маскирует даже добродушная улыбка. Она не убавляет и моей скованности. Я, твою мать, деревянная!

— Какие приятные гости, — объявляет отец Алиева с заметным акцентом. — Проходите-проходите, девушка. И как нас зовут?

— Карина…

— Проходи… — слышу голос Дениса за спиной.

Трусцой взбежав на крыльцо, он двигает меня вперед своей грудью, практически заталкивая в дом.

— Ка-а-арина, — его отец смакует мое имя. — Красивое имя. И девушка красивая.

Мои щеки слегка горят.

Я смотрю на Дениса, но он скорее сосредоточен на собственных мыслях, чем на словах отца. Чуть сдвинув брови, Алиев разувается.

— Сейчас тапки подберем, — присаживается на корточки у комода хозяин.

— Необязательно… — останавливаю я его.

— Так положено, — посмеивается он.

В доме пахнет едой. Пахнет уютом, семьей. Денис раздевается, ведя себя в окружающей обстановке по-хозяйски. Помогает раздеться и мне, говоря:

— Это мой отец — Рашид Гумарович.

— Очень приятно…

Мы попадаем в большую, совмещенную со столовой кухню. По дороге я успеваю увидеть семейные фотографии на стене коридора, в том числе снимок своего мужа в армейской форме и с автоматом. Он молод, совсем мальчишка…

Фото, фото, фото. Много. И я рассматриваю их беспорядочно, выхватывая с картинок лица.

Моя свекровь перемещается по кухне. Ее движения — резкие и быстрые. На ней знакомая черная косынка, платье с длинным подолом.

— Помоги, пожалуйста, — обращается она к мужу.