Книга Будь моим, страница 69 – Мария Летова, Мария Манич

Коридоры здесь огромные и пустые. Наши шаги эхом отскакивают от стен и потолка. Огромные часы в полстены показывают девять вечера.

В квартире я скидываю обувь и, когда в коридоре загорается свет, без приглашения прохожу дальше, оглядывая кричаще мужскую обстановку.

Сбросив с плеч толстовку, кладу ее на диван и осматриваю выкрашенные в серый цвет стены. Мебель тоже серых тонов, но во всевозможных его оттенках. И ни одного яркого акцента, кроме картин на стенах. Разные абстракции в гостиной и уличное искусство в прихожей.

— Сколько здесь комнат? — спрашиваю, остановившись посреди просторной гостиной-студии.

— Четыре. — Влад выкладывает на кухонную барную стойку ключи и телефон.

Кружусь на месте, продолжая оглядывать безликую обстановку, словно здесь никто никогда не задерживался больше чем на ночь.

Градский открывает холодильник для вина и достает из него бутылку. Прохожу мимо, касаясь пальцами его спины, и останавливаюсь возле панорамного, во всю стену, окна.

— Красивый вид…

— На него отдельный ценник.

— Хорошее вложение.

— Надеюсь, иначе я херовый консультант.

— Думаю, что ты лучший.

Он хмыкает.

Наливает в бокал вина и выпивает его досуха, наблюдая за тем, как я перемещаюсь по его квартире. Когда возвращаюсь в центр комнаты, Влад плещет в бокал еще вина и, подхватив донышко пальцами, забирает бокал вместе с бутылкой. Ставит все это на столик у дивана и усаживается на него сам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Иди сюда. — Протягивает мне руку.

Просить меня дважды ни к чему.

Подойдя, становлюсь между его разведенных колен и беру запотевший бокал, который, судя по всему, у нас один на двоих. Глотаю холодное сухое вино, глядя на Градского сверху вниз.

Влад обводит языком губы и ждет, пока я допью. Когда ставлю бокал на место, его ладони забираются мне под платье и стискивают ягодицы, заставляя сделать полшага вперед — именно такое расстояние нас разделяет.

— Хочешь, чтобы я тебя вылизал? — спрашивает низким голосом.

Мое белье мокрое с тех пор, как он вошел на веранду в доме моих родителей. Я устала от его игры в прелюдию. Мысль о его языке между моих ног — будоражащая, но я все равно рычу:

— Черт, нет!

Кладу руки ему на плечи, седлая бедра в синих джинсах так быстро, будто я боюсь, что он изобретет для меня еще какую-нибудь пытку.

Дернув за край его футболки, оголяю плоский рельефный живот и тяну ее вверх.

Градский расслабленно улыбается, поднимая вверх руки.

Злюсь.

Отшвырнув футболку, провожу ногтями по его загорелой груди и набрасываюсь на губы.

Влад в ту же секунду подается вперед, сгребая ладонями мои ягодицы, и давит на них, заставляя прижаться к себе так, чтобы его пах врезался мне между ног и надавил на самые чувствительные точки.

Мой стон тонет в нашем влажном поцелуе, который вдруг становится беспорядочным, но дико правильным, потому что мы ни разу не ударяемся зубами. Я знаю его губы. Он знает мои. Твердое давление между моих ног заставляет поджать на ногах пальцы и царапать плечи Градского, не задумываясь о том, что ему может быть больно.

Запустив ладонь под волосы, Влад тянет мою голову назад. Выгибаю шею, и ее тут же обжигает его рот. Влажно и горячо. Грязно. Заставляя выгнуться навстречу еще сильнее.

— Еще… Вла-а-ад… Еще…