Онлайн книга «Временные трудности 3»
|
— Юрий Андреевич, да разве мы этого не понимаем? Уж поверьте, работа ведётся, хотя, возможно, и недостаточно эффективно. — Государь, я вам честно признаюсь: особо не вникал в проблему. Просто посчитал нужным заострить на ней ваше внимание. — Хорошо. Есть ещё какие-нибудь предложения? — Да. Я вчера допрашивал задержанных и отметил определённое ущемление прав этих староверов, или старообрядцев, уж простите, не знаю, как правильно… Да и с евреями то же самое. Думаю, можно объявить о полной свободе вероисповедания в государстве. Ведь, насколько я знаю, при вручении наград тем же мусульманам даже убирают христианские символы с них, а тут вроде как единоверцы — и такие гонения… — Вы, граф, решили меня напоследок ещё и с церковью рассорить? — судя по тону, императору совсем не понравилась эта идея. — К тому же вы несколько опоздали, ещё весной вышел указ «Об укреплении начал веротерпимости». — Очень хорошо, значит, первый шаг уже сделан. А что касается церкви, так они и сами с вами поссорятся — это только вопрос времени, — спокойно ответил Юрий Андреевич. — Я ведь не предлагаю рубить сплеча, лишь мягко подвести к этому. Поставить сперва во главе церкви какого-то более терпимого человека, ну и постепенно подготовить почву… — Такое ощущение, будто я лично назначаю патриархов. К вашему сведению, святейший синод мне не подчиняется. — Так это же плохо. Вы ведь помазанник божий — давайте менять ситуацию, — улыбнулся граф Белов. — Ох, Юрий Андреевич, я даже боюсь спросить, как вы это собираетесь делать! Нам бы сейчас с приближёнными разобраться, а вы уже вон куда замахнулись. Нет. Оставьте это, граф, сие решительно невозможно… — Как скажете, государь. Попрощавшись с императором, они вышли из дворца, и Юрий Андреевич, закурив, тяжело вздохнул: — Как думаешь, сильно расстроится, если без него с церковниками порешаю? — Пожалуй, не стоит, Юра. Ни к чему нам сейчас оно. Прав царь — это бы всё разгрести. — Вот же послал бог напарничка, — снова вздохнул граф Белов и, совсем неинтеллигентно сплюнув на мостовую, предложил. — К графиням не хочешь прокатиться? Елизавета Матвеевна такую маляву трогательную отписала, что я сам чуть было не прослезился… — Что-то случилось? — Да эту кровь голубую хрен поймёшь! Слов много пишут, а толку… Я так понял, у них там что-то с помолвкой не растёт. Барончик наш вроде как заднюю включил, вот графиня и слегла от переживаний. Позор, типа, и всё такое… Прикинь, о завещании уже упомянула, короче, помирать собралась… — старик саркастически ухмыльнулся. — Просит не оставлять бедных внучек на произвол судьбы. Надо прояснить этот момент, и если корнет нарезал криво, то мозги ему вправить, чтобы впредь неповадно было… — А я там зачем? — удивился Егор. — Дело вроде как семейное, графиня со мной это точно обсуждать не станет… — И то верно. Ладно, друг мой, поеду я… — Давай. Вечером приезжай в гости. Там Лена утку собралась готовить. Говорит тайный рецепт какой-то. Посидим… — Лады. Юрий Андреевич появился вечером в компании двух бутылок молодого красного вина и с очень плохим настроением. Буркнул что-то в ответ на приветствие Егора, несколько более дружелюбно поздоровался с Леной и тут же попросил штопор. — Как съездил? Я смотрю, ты не в духе… Граф Белов покосился на Лену и промолчал. Потом, видимо, поборов рвущуюся наружу матерную тираду, начал говорить не спеша, тщательно подбирая слова и эпитеты. |