Книга Временные трудности 1, страница 103 – Максим Томилко

Ригер взглянул на своего старого сослуживца Гюнтера и тот, уже успевший осмотреть грузовик, кивнул в ответ.

— Вы, я так понимаю, родом из столицы, унтерофицер?

— Так точно, гер штурмбаннфюрер.

— Где жили в Берлине?

— На Данцигерштрассе.

— Вот как? Так мы почти соседи. Я жил на Рубенсштрассе.

— Осмелюсь доложить, — смутился унтер, — Но Рубенсштрассе находится довольно далеко, в противоположной части города.

Но Ригер потерял уже к нему всякий интерес. Он рассматривал следующие документы.

— Обершутце Краузе!

— Я, гер штурмбаннфюрер.

— Что с машиной?

— Я не знаю точно. Наверное, карбюратор засорился.

Ригель снова взглянул на Гюнтера, но тот лишь пожал плечами и улыбнулся в ответ:

— Там, вообще, ничего непонятно. Этот осел полмашины разобрал.

В лесу раздался звук взрыва, а затем до них долетели еле слышные звуки выстрелов. Там явно шел бой. Ригель прислушался. Всё это происходило довольно далеко, в нескольких километрах отсюда. А он теряет тут время с этими болванами. Понятно уже, что это немцы, а русские диверсанты сейчас там в лесу ведут бой с людьми лейтенанта Йорга. Радист отвлек его от размышлений:

— Гер Ригель, сообщение от лейтенанта Йорга. Они атакованы русскими. Есть потери. Диверсанты движутся на юг. Их отход прикрывает снайпер.

Ригель сунул документы стоящему рядом солдату и крикнул:

— По машинам!

Вездеход развернулся и уехал в обратном направлении. Бронетранспортеры последовали за ним.

— Это что было, камрад? — обратился унтерофицер к фельдфебелю.

— Это был штурмбаннфюрер Ригель собственною персоною. Слышал, что его перевели к нам, но не думал, что доведется встретить его так быстро.

— Известная личность? — спросил унтер, доставая сигареты.

— Я б сказал — легендарная. А ты ещё молокосос, раз не слышал о нём. Поедем мы, пожалуй, и так столько времени с вами потеряли.

— Всего хорошего, гер фельдфебель.

Унтерофицер проводил жандармов взглядом, затем повернулся к своему спутнику и сказал уже по-русски:

— Артур, я чуть не обделался.

— А я думаешь нет? Надо уезжать — ракету видел?

— Видел. Давай собираем всё обратно.

— Это мы мигом. Тот эсэсовец сам осел, тут дел на пять минут. Только выглядит страшно.

Они повозились недолго с машиной, и не заметили, как в кузов забрался военюрист 3-ранга Кравец.

Смоленск.

Ригер стрелял из своей винтовки на полигоне, раз за разом всаживая пули в центр мишени, но делал он это не для повышения своей и без того высокой квалификации. Таким образом он пытался успокоиться и привести свои мысли в порядок.

Такого провала в его карьере ещё не было. Эти русские провели его как ребёнка. Прокручивая в голове сегодняшние события, он пытался понять, где же он так ошибся. Ловушка была расставлена правильно. В этом он был уверен. Его ребята нашли следы группы и начали преследование. Согласно докладу, диверсантов было совсем немного. Потом он поехал на шоссе и застрял там с этими олухами…

Ригер опустил винтовку и повернулся к стоящему позади него Карлу Тиллю.

— Запросите данные на всех, кого мы встретили на дороге.

— Слушаюсь, господин майор, — Тилль круто развернулся на месте и ушел.

Ригер перезарядил винтовку и продолжил стрелять.

А потом отряд лейтенанта Йорга перестал выходить на связь. Его группа, посланная на звуки боя, сумела отыскать живыми всего десяток человек, да то половина из них, наверняка, не выживет после ранений. Невредимых осталось всего пятеро. Только позорное бегство с поля боя позволило им всем уцелеть. Черт с ними. Но как могло получиться, что его дезинформировали? С Йорга уже не спросишь, да и радист убит…