Книга Как стать папой за пять минут, страница 84 – Вероника Лесневская

«Славин, ты труп!» – прилетает мне тем временем ответ с номера Киры.

Выгибаю бровь, еще раз вчитываясь в текст. Ни черта не понимаю! Не могла она так написать. Мы в принципе иначе общаемся…

Неужели так сильно обиделась?

Да что ж такое!

Грубо толкаю Макса, чтобы не загораживал проход, огибаю его, ударив плечом – и влетаю в кабинет. Наплевав на присутствующих, взглядом ищу Киру.

Она смотрит прямо на меня, растерянно и удивленно. Мнет пальцами листок бумаги. Едва заметно улыбаюсь ей, чтобы не переживала, и перевожу внимание на Костю. Сидит злой, как черт, крутит в руке телефон Пампушки. Видимо, конфисковал, чтобы на меня не отвлекалась.

Ясно, кто мне в эсэмэске нахамил. Все становится на свои места.

— Какого лешего здесь происходит? – шипит Воскресенский. Ноздри раздуваются, как у быка при виде красной тряпки, а из ушей того и гляди пар повалит.

Пока он закипает, я спокойно обхожу стол и сажусь справа от Киры, таким образом полностью отсекая ее от Адовых: ни с какой стороны к ней не подступиться. В обиду не дадим! Тем временем Максим чуть ли не вприпрыжку бежит к отцу показывать результаты теста ДНК. Костя мельком заглядывает в бумаги, замечает печать лаборатории и хмурится.

«Это и есть твой план Б?» – присылает он мне еще одного «электронного голубя», пользуясь моментом, пока старший Адов перешептывается с непутевым младшим.

«Он единственный», – честно отвечаю.

«Если всплывет, мы оба трупы», – и два смайла в конце с крестами вместо глаз.

Убираю телефон, а Костя возвращает его Пампушке. Она быстро пролистывает нашу переписку, шумно выдыхает и косится на меня. Схлестываемся взглядами буквально на доли секунды, и я не успеваю понять ее реакцию. Отвернувшись, Кира выпрямляет осанку, приподнимает подбородок и с вызовом смотрит на недомужиков, которые чуть не стали ее семьей. Кажется, она готова отражать оскорбления и стойко выдерживать любые удары, но я не позволю им растоптать ее.

— Что здесь делают посторонние? – возмущенно вопрошает прокурор, намекая на меня.

— Да не говорите, Игнат Валерьевич, полный бардак, – пристрелив меня взглядом, Костя хлопает ладонью по своей папке с материалами дела. Пампушка вздрагивает, я же никак не реагирую. Ухмыляюсь, потому что привык к его манере и знаю, чего ожидать. С места не срываюсь, а невозмутимо постукиваю указательным пальцем по столу.

— Так разберитесь, – настаивает Адов, как настоящий хозяин жизни.

— Я бы с удовольствием… Но тогда первым делом я должен выставить за дверь вас, Игнат Валерьевич, – немного сбив с него спесь, Воскресенский продолжает: – Но раз уж я закрыл глаза на ваше присутствие, то и представителя моей клиентки мы тоже выслушаем.

Только сейчас отмечаю, что в помещении есть еще один человек-невидимка. Он сидит чуть поодаль и не отсвечивает. Наверное, адвокат Максима. Мысленно вычеркиваю его из списка потенциальных угроз. Самого гамадрила я еще на улице списал и отправил в утиль. А вот с прокурором придется пободаться.

— Я настоящий отец ребенка, – заявляю, когда Костя дает мне слово. Кира икает, но благоразумно молчит. Моя умница. – И я намерен отстаивать свои права.

Минутная заминка, во время которой Адов расслабляет узел галстука, а мы втроем почти не дышим.

— Что скажешь? – гневно рычит на сына. – Ты уверял нас с матерью, что эта провинциалка от тебя понесла.