Книга Как стать папой за пять минут, страница 62 – Вероника Лесневская

— Мяукает кто-то, – пожимает плечами сестра и указывает пальцем в потолок. – Вот опять! Тш-ш, слушайте!

В воцарившейся тишине едва уловимо разливается тоненький детский плач.

— Лизонька проснулась! – вылетаю из кухни, оставляя близких Петра в полнейшем ступоре.

Молнией оказываюсь в комнате, склоняюсь над кроваткой – и беру расстроенную дочку на руки. Прячу ее в объятиях, повернувшись спиной к двери. Не могу побороть в себе сомнения и страх. Родители Пети пока не дали мне повода их бояться, но… все равно я им не доверяю. Адовы сделали мне болезненную прививку от наивности. Никому больше не верю!

— Чей это ребенок? – гремит мужской баритон, строгий и удивленный.

Сжимаюсь вся, как зашуганный зверек, и оглядываюсь, устремив прищуренный взгляд на отца Славина. Я сейчас и правда похожа на дикую кошку, защищающую своего котенка. Никто из родственников не решается ко мне подойти – так и толпятся на пороге.

Между ними протискивается Петя, широкими шагами пересекает комнату и становится так, чтобы максимально закрыть нас с Лизой мощным телом.

— Наш, – бросает грозно и четко.

Немая пауза. Несколько пар глаз буравят меня, будто лазеры, пронзают насквозь.

Тонкий крик Лизоньки разрывает всеобщее молчание.

Буркнув сдавленное «извините», я обхожу Петра, слегка зацепив его плечом, опускаю дочку на пеленальный столик. Наплевав на ошарашенных зрителей, невозмутимо меняю подгузник, на пару секунд оставляю малышку прямо так, без одежды. Принимаем воздушные ванны. Нежно поглаживаю по голому животику и бокам, чтобы Лиза сладко потянулась. Издаю тихий смешок, когда она откликается, забавно вытянув ручки и ножки.

— Радость моя.

Расцарапаю каждого, кто посмеет обидеть или отобрать!

— Действительно, Коля, какой глупый вопрос! – всплеснув руками, восклицает мама Петра. С трудом прячет шок под натянутой улыбкой. Зато Лизоньке, кажется, нравится ее голос. Как и она сама, вдруг склонившаяся над столиком. – Если девушка наша, то и малышка – тоже наша, – заканчивает трепетным шепотом, не сводя глаз с моей дочки.

— Девочка, да? – Саша становится на носочки и пытается рассмотреть Лизу из-за мужских спин. Нагло отталкивает Петю. – Какая крошечная, совсем пупсик, – воодушевленно лепечет, и я немного подтаиваю, однако на остальных членов семьи Славиных все равно поглядываю настороженно. Особенно на его отца. – Сколько же ей месяцев? Она будто только вчера родилась!

— Не вчера, а в новогоднюю ночь, – важно уточняет Петя, заставив своего папу побледнеть. – Сегодня выписались.

— Кхм-кхм, ты ни словом не обмолвился… – хрипит старший Славин. Достает платок из нагрудного кармана, смахивает испарину со лба, вытирает веки под очками.

— Повторяю, дочка наша! – едва не рычит мой муж-самозванец, словно лев, защищающий потомство. – Мы и рожали вместе.

— Ах, ничего себе, Петька, ты герой! – ахает Сашка, округляя и без того огромные, как у мультяшки, глаза. – Горжусь! Я серьезно. Я бы ни за что на свете на роды не пошла, даже на свои собственные, – мило хихикает.

— На своих особо не спрашивают и выбора не дают, – поддерживаю ее шутку. Переглянувшись, мы смеемся в унисон.

Постепенно успокаиваюсь, но Лизонька не дает мне расслабиться. Устав от посторонних людей, кривит личико, строит жалостливую гримасу и выдает очередную порцию отборного… крика. Моя лапочка совсем как сигнализация, возвещающая о том, что в дом проникли незнакомые люди.