Книга Очень (не) обычная история, страница 69 – Марина Вуд

Егор

— Сань, так что мне делать? — сажусь в кресло напротив разожженного камина, в котором приятно потрескивают дрова.

Сам не думал что попаду когда-нибудь в такую идиотскую ситуацию. От прошлого не убежать, как бы этого не хотелось.

— Фух… Ну у тебя и задачки. Егор, скажи мне как другу, как ты умудряешься так вляпываться? Кому рассказать — не поверят! Это же уму непостижимо.

Да я сам охренел когда Веру увидел. В последний раз я с ней встречался на суде. Она тогда свидетельские показания давала и не в мою пользу, но я давно ее простил. Много воды утекло строг времени.

— Как оказалось бывает, — провожу пятерней по затылку.

— Эх, Громов… И даже то, что быть не может, однажды тоже может быть. Скажи мне, почему-то это случается только с тобой?

— Сам не знаю. Так, что ты мне посоветуешь? — беру в руки кочергу и поправляю поленья в камине.

— Я бы посоветовал тебе все забыть. И девчонку тоже. Но я не Морфеус и у меня нет синей таблетки.

Нет уж, забывать Аньку я точно не собираюсь. Эта девочка за несколько дней перевернула всю мою жизнь с ног на голову.

— А если серьезно?

— А если серьезно, то расскажи ей всю правду. И чем раньше, тем лучше. Поверь мне на слово, что так будет лучше для всех. Кстати, где она сейчас?

— Наверху. В спальне, — я инстинктивно глянул на дверь, ложно надеясь, что она сейчас войдёт в неё.

— Ну вот, прямо сейчас иди к ней. И все как есть расскажи.

— Мне кажется, я не смогу, — поднимаюсь с кресла и упираюсь одной рукой об угол каминной плиты. — У меня внутри такое чувство, что я сейчас воткну ржавую, тупую заточку ей под ребро.

— Сможешь, — тяжело вздыхает друг. Только дай ей сразу успокоительного.

— У меня его нет. Точнее я не знаю. Это у Петровны надо спрашивать, что из лекарств есть в этом доме.

— Тогда водки налей. Девочке так будет легче воспринимать всю ту информацию, которую ты собираешься влить ей в уши.

Смотрю на часы — почти одиннадцать.

— Ладно Сань. Мне пора идти. Спасибо за совет. Будем на связи.

— Давай. Держись там, друг. Если у девчонки вдруг нервный срыв будет или ещё что, ты не стесняйся и вези её сразу ко мне. Это как раз наш профиль.

— Оптимист ты конечно. Ладно. Спасибо, Саш. Но я надеюсь, что до этого не дойдёт, — отключаю вызов и бросаю телефон на стол.

Что же мне делать? Устало тру лицо руками и снова смотрю на огонь в камине. Спустя минут двадцать, я все же собираюсь духом. Иду на кухню, беру бутылку джина и стакан. Не водка конечно, но эффект тот же. Поднимаюсь на второй этаж. Захожу в спальню и вижу что, Аня уже лежит в кровати. Она повёрнута на бок, задницей ко мне. Не спит. Но и никак не реагирует на мое появление. Молча подхожу и ставлю на прикроватную тумбу бутылку и стакан.

— Ты пить собрался? — спрашивает не поворачивая головы.

— Нет. Это тебе, — отвечаю и сажусь на край кровати рядом с ней.

— В смысле, мне?

— В самом прямом. Выпей. Тебе надо.

Детка, просто поверь на слово.

— Что значит, надо? — она наконец-то разворачивается и садится на подушках.

Я сразу замечаю, что с ней что-то не так. Красные, припухшие глаза и такой же нос.

— Ты что плакала? — скорее констатирую, чем спрашиваю.

От ее расстроенного вида у мен внутри режет где-то в районе сердца. Но я не могу дать слабину. Если сейчас начну ее жалеть, я не смогу сказать то, что собрался.