Книга Сто причин моей (не) любви, страница 53 – Елена Романова

В общем, его мотало и штормило. В целях безопасности красному дракону нужно подчиниться. С полной отдачей, улыбкой и от души. Не стоит доводить до крайностей, это плохо закончится.

А теперь внимание! Как втолковать это в милую светлую головушку Митчелл, чтобы она бросилась исполнять свой гражданский долг? Чтобы раскрылась перед ним и ни разу не сказала: «Нет». Представляя ее обнаженную, с круглой упругой попкой и большой мягкой грудью, Нейл тяжело сглатывал.

Да, он уже миллион раз раздел ее глазами и трахнул. И сделал это так, что даже развратницы из квартала Водяных лилий стыдливо б покраснели.

Такая, как Митчелл, должна понять простую вещь, он не просто мужчина, и даже не полукровка, он — Нейл Олсен. С ним все иначе. И даже, мать его, не так, как с Маккейном, который удовлетворялся тихо со своими бесконечными любовницами.

Как вот сейчас это все сказать малышке-Митчелл?

Он собственнически обвил рукой ее талию. Сквозь ткань тонкой рубашки и жесткое бюстье, Нейл ощутил, насколько теплое у нее тело. А талия тонкая. Этот контраст, грудь-талия-бедра, который делал ее тело идеально фигуристым, долбил Нейла чуть ниже живота.

А запах ее волос и тела?

Митчелл пахла так выразительно сексуально, что в нем пробуждался дракон. Вылизал бы ее всю. Особенно, рот.

Ней проводил взглядом компанию молодых аристократов, демонстрируя то, что женщина в его руках, под его покровительством. Драконы это отслеживали на «ура». Будь она одна, юные дарования ее, как минимум, бы облапали. Что им до обычной человеческой женщины? Они привыкли иметь их сотнями, не спрашивая разрешения.

Итак, Нейл отвлекся. Он думал о ее губах. И о том сладком проникновении в нее, когда он ласкал языком ее язык. Это было одуряюще. Никогда он не чувствовал и в половину такого наслаждения. Даже от секса. А здесь девушка таяла и дрожала под его ладонями, и прикрыв глаза, послушно его впускала.

— Убери руки! — взвизгнула она, возмущенно отталкивая его, вернее, пытаясь оттолкнуть. — Они уже прошли!

Святая простота. Ей двадцать три, она пять лет живет под одной крашей с драконом. Она совсем ни черта не смыслит в мужской физиологии?

Кажется, эта выскочка кипит от ярости. Дышит, как загнанная лошадь и упирается, словно ослица. Щеки красные, жилка на шее бьется быстро-быстро. Коснуться бы губами, чтобы почувствовать пульс, кровоток и агонию.

Нейл прямо сейчас нарушает все правила. Он честно пытался ее отпустить. Думал, пусть катится. Приползет, когда сила метки станет нестерпимой. Или, когда ей понадобиться его помощь. А теперь видит — не приползет. Будет умирать, но к нему не приблизиться.

— Чему ты сопротивляешься, Митчелл? — выпалил он, разворачивая ее к себе и удерживая за плечи. — Я не отвечаю твоим взыскательным требованиям? Есть одно «но». Только я буду с тобой спать. Только от меня будут твои дети. Это до тебя доходит?

Она как-то поджала плечи, будто собираясь обороняться. И вдруг с ненавистью прошипела:

— Доходит.

— И?

— Ненавижу тебя.

— По хрену.

Ее серые глаза расширились — нет, не ожидала нарваться на такую грубость. Среди аристократии так не изъяснялись. А Нейл откровенен, даже слишком. И он может так завернуть, что матросы в порту утопятся.

— Как же это низко, — прошипела Митчелл. — Только и можешь, что заставлять!