Онлайн книга «Добыча хищника»
|
Конечно, я не рассчитываю на то, что он по-джентельменски перемахнет сверху и растворится в тумане, чтобы не смущать меня. Суров вовсе не такой терпеливый, чтобы ждать, когда я оттаю. Он прет, как танк. Меня замораживает его ледяной взгляд. Он останавливается передо мной. Вернее, вся процессия останавливается. Я опускаю руки, цепляясь пальцами за выступы ступеней, будто меня сейчас снесет ураганный ветер. — Привет, Эля. Ох, твою ж… Я сглатываю – этот выдержанный тон лишает меня всякой опоры. Заглядываю в его серые глаза и проваливаюсь в них, словно в болото. Он все знает! — Доброе утро, товарищ-по… Он коротко улыбается, и меня так сильно бьет в сердце, что я осекаюсь. Он не винит меня… Он… Константин шагает по ступеням, обходя меня, будто царевну. Он кладет здоровую ладонь мне на макушку и слегка ерошит волосы: — Кажется, пора объявить всеобщий сбор, – говорит непринужденно, направляясь к двери: – Без меня все чертовски расслабились. Я поворачиваюсь вслед за ним и долго смотрю на дверь, которая уже давно закрылась за ними. Меня терзает такая боль, что хочется забыться. Этот мужчина слишком стойкий и несгибаемый для обычного человека. Судьба раз за разом бьет его, а он не отступает. Я хотела бы быть такой же сильной… если бы могла… Но трусиха-Эля желала забыться на груди Тайгета Касара, не думая ни о чем плохом. Галоян был прав, я бежала от реальности. Суров стал тем молотом реальности, который разбил стеклянный купол, возведенный вокруг меня. Мощные челюсти глубоководного удильщика уже переломили мне хребет, а я и не заметила? Когда я вернулась в лабораторию, вся команда была уже в сборе, и я ощутила, что Суров был заводным ключиком всего этого механизма, потому что здесь вновь все пришло в движение. Смущенно, а иной раз и укорительно приветствуя меня, все что-то бурно обсуждали, и я поняла, что Шилов добился серьезного финансирования, а еще участия в проекте именитых звезд мировой науки. Они уже знали обо всем на свете: что Тай убил одного из своих, что были уничтожены несколько военных баз и резерваций, что человечество вымирает… Они курили, сидя на столах в совещательной комнате, болтали ногами, спорили – был ли это свет в конце тоннеля, или появление Сурова ставило все с ног на голову? — Пойдем? – он оказался около меня в тот самый момент, когда я попробовала незаметно улизнуть в свою комнату, чтобы в одиночестве прочувствовать себя самым последним дерьмом на планете. – Поговорим, Эля? Нет-нет, только не это. Не хочу! — Ладно, – пожав плечами, согласилась я. – Это, наверно, очень больно? — Это? – он проследил за моим взглядом, брошенным на железяки вокруг его опухшей, истерзанной руки: – Это – нет. — Вам разве не положен больничный? — Ага, и хренов соцпакет. Он указал мне на дверь, и вскоре мы оказались в коридоре. Один на один. И пошли бесцельно, будто прогуливаясь. — Что собираешься делать? – вдруг спросил он то, чего еще никто у меня не спрашивал. — Сегодня? — В принципе. Он говорил со мной ласково, но так, что ясно – я теперь уже девочка взрослая. — Ты подумай, – терпеливо: – Время есть. Я снова сглотнула. Сердце у меня стучало так тревожно, будто мне предстояло прыгнуть с парашютом. — Попробую спасти человечество? – сказала я пафосную чушь, пожала плечами и сконфуженно увела взгляд. |