Онлайн книга «Добыча хищника»
|
И только сейчас, когда он тихо зашипел от дорожной тряски, я поняла, что он ранен. — Куда мы едем? — Здесь есть дом неподалеку. — Вы… как? Он посмотрел на меня… иначе. Совершенно. Никогда не видела у него такого взгляда – обреченного, почти… беспомощного. И я еще спрашиваю, как он? Да он, кажется, умирает. — Заживет, – улыбка почти искусственная, и взгляд все еще… чужой. – Скоро приедем. Эля… — А? — Кто слил код? Похоже, для него это важно. — Я не буду отвечать. — М, – поджал губы. И, тем не менее, расслабился. Я завозилась под военной курткой. Оказалось, Суров просто завернул меня в нее. Машина свернула к поселку. Похоже, он давно уже опустел. Даже воздух здесь стоял недвижимый и колючий. Вокруг – гулкая тишина, лишь где-то далеко слышался рев самолета. Суров достал пульт от ворот, и вскоре мы заехали во внутренний двор. Перед нами был небольшой двухэтажный дом с гаражной пристройкой. — Что это за место? — Иногда мы останавливаемся здесь. Не бери в голову. В доме есть камин и еда. Этот человек понимает, что я умру. Мы ведь сознательно избегаем этой темы. Константин с трудом вылез из машины. Белое солнце, едва появившееся из-за горизонта, осветило его осунувшееся, изнеможенное лицо. — Куда вас ранило? – я тоже выбралась из салона, натянула куртку, спасаясь от пронизывающего осеннего ветра. — Плечо, спина и правый бок. — Я помогу, – и юркнула ему под руку, видя, что он едва ли доберется до крыльца. – Могли бы захватить с собой Сергея, чтобы… — Сергей умер. Мы дошли до дома… … умер… Это говорят иначе. Для такого нужна подготовка… черт побери, неужели он не мог солгать! Промолчать или… — В доме есть аптечка? – злость прозвучала в каждом слове, но Суров, похоже, отнесся к этому с пониманием. Уверена, он слишком устал, чтобы юлить или вовсе жалеть мои чувства. Да и зачем? Я не больше, чем очередная жертва этого гребанного Апокалипсиса. Когда-нибудь слова «Эля умерла» он скажет и про меня. Хотя, если быть честной, Суров и так скрасил правду, ведь Сергей не просто умер, он был убит. Пока я тащила Константина к дому, ощущая вес его тела, запах его одеколона и легкую горечь пота, я впервые подумала о том, что этот холодный день – последний день моей жизни. — Кто из них, ты запомнила? – мы ввалились в прихожую, подрагивая от холода. — Нет. Смешно, но я не могла сказать, кто именно поставил метку смерти на мое лицо. Большой холл с панорамными окнами был совмещен с кухней, здесь же был камин, кочерга и поленья. Я помогла Сурову сесть на диван, и припав на локоть, Константин тут же измазал обивку кровью. — В верхнем ящике кухонных шкафов бинты и медикаменты… и обезболивающее… – подсказал он. Ложный стыд был отброшен, когда я принялась стягивать с мужчины одежду. Взгляд лишь зацепился за татуировку у него на плече: морда медведя. — Я… я не знаю, что тут делать, – в ужасе простонала я, оглядев раны. — Промой, залей перекисью и залепи пластырем. — Нет такого пластыря... тут серьезно все… На спине, под лопаткой повреждение было особенно сильным. Кровь все еще сочилась, выпачкав даже джинсы. — Зашивать умеешь? – этот вопрос заставил меня похолодеть. — Нет. — Что «нет»? — Я не смогу. — Смоги. Ну и… — Сначала камин разожги. Холодно. Ну, блин. Когда огонь разгорелся, я вскипятила воды и обработала раны. Нужно отдать Константину должное, он даже не пискнул. Лишь дыхание задерживал, а затем шипел: «Скоро уже?» |