Книга Свобода как повод влюбиться, страница 69 – Елена Романова

— Вы что хотите меня уволить? — эта тирада натолкнула меня на странную мысль.

Лорд рассмеялся.

— Безумно хочу. С того самого дня, как вы проявили своеволие.

Он погладил мои руки так нежно и умело, что вдоль позвоночника пробежал электрический ток.

Спокойствие, Джейн! Только спокойствие! Ты же не растаешь от его комплиментов?

— Джейн, вы устанавливаете свои правила игры, по которым я должен играть, — его пальцы скользили по моим запястьям. Невероятное ощущение… соблазняющая ласка, почти интимная. — Но это может быть опасно, а я не хочу подвергать вас риску. Если вы узнаете обо мне слишком много, это может стать поводом для тех, кому это невыгодно, и они убьют вас.

Все, что он говорил, отзывалось в моем сердце то радостью, то болью, то страхом.

— Это не должно вас волновать, милорд.

— Это меня очень волнует.

Граф де Вер склонился ниже, коснулся моего подбородка.

— Я никак не могу забыть тот случай в лесу, когда вы бросились мне в объятия, Джейн.

Я густо покраснела.

— Я испугалась за вашу жизнь.

— Вы даже не представляете, как я боюсь за вашу.

— Не велика была бы потеря.

— Для меня огромна.

— Вот оно что. И почему же?

— Это слишком очевидно, Джейн. Потому что я влюблен в вас.

Все… Барьеры, баррикады, стены отчуждения, которые я выстраивала, рухнули. Были ли варианты? Я резко поднялась. Стул с глухим хлопком упал на пол.

Де Вер поднялся вместе со мной и смотрел, как я заметалась по камере.

Кажется, сейчас у меня будет истерика. Я не способна мыслить здраво.

— Темные не способны на чувства, милорд, — сказала я первое, что пришло на ум.

Если бы я не знала Роберта и его способностей, то его стремительно-меняющийся взгляд от черного до пронзительно синего сбил бы меня с толку. Граф сделал шаг назад, глядя на меня так, будто я была не я, а какая-нибудь преступница. Он смотрел и молчал, а я не могла понять, что он чувствует.

— Скажите, наконец, Джейн, что вы испытываете ко мне.

Нужно ли открыться ему?

Сделает ли он мне больно? Как и леди Селене? Как и Лиззи? Способен ли он любить?

— Ничего. Я… я, вообще, влюблена в Эдварда Бьорка. Еще со времен университета, — нагло соврала я.

Я не должна давать себе поводов сомневаться. Сначала я должна во всем разобраться.

— Значит, вы любите женатого мужчину, госпожа Хоткинс? — спросил Роберт недоверчиво.

— Сердцу не прикажешь, — я вновь села за стол, придвинула к себе листок и взяла карандаш.

— А он?

— А что он? — отмахнулась. Меньше всего мне хотелось говорить о Бьорке. — Он счастлив в браке. Моя любовь безответная, и я с ней смирилась.

— Не в вашем характере с чем-либо мириться. Вы мне лжете.

— Не стройте иллюзий, — я откашлялась, — давайте перейдем к делу, милорд.

Он молчал и смотрел на меня, недоверчиво прищурив глаза. Поэтому я поспешила продолжить:

— На завтрашнем слушании вас допрашивать не будут. Я позабочусь, чтобы до этого не дошло. Ваша речь мне понадобиться только на слушании дела об измене. Вот тогда ваше красноречие будет весьма кстати.

Он все еще молчал.

— Я верю, что вы не причастны к убийству жителей деревни. И завтра я буду ходатайствовать, чтобы вас освободили в зале суда. Думаю, по этому пункту обвинения мы добьемся оправдательно приговора.

Взгляд графа стал острее.

— Ваша основная задача демонстрировать доброжелательность и смирение, а так же возмущение словами обвинителя. Вы должны выглядеть, как добропорядочный аристократ. Эдвард постарается выставить вас чванливым, вспыльчивым и безумным чудовищем. Наша главная цель — вызвать симпатию присяжных.