Книга Свобода как повод влюбиться, страница 12 – Елена Романова

— Да.

— Только не говорите, что от моего решения зависит ваша жизнь.

— Не собираюсь.

Я долго упрямо смотрела в глаза де Вера, чувствуя, что доводы разума проигрывают зову сердца. Он не отводил взгляд.

— Вы должны понять, чего хотите, госпожа Хоткинс. Тогда мы поймем, стоит ли продолжать беседу.

Я снова подергала ворот платья, чувствуя, что до меня добралось пламя преисподней.

— Что будет, если я проиграю?

— Разумеется, вы проиграете. Этот суд не для того, чтобы выиграть.

— Замечательно, — усмехнулась я, — чаша весов склоняется в пользу возвращения в Стоунвилль.

— Чтобы наш разговор был обстоятельным, я должен упомянуть о размере вашего вознаграждения. Сто тысяч фунтов. Вы получите эти деньги за участие в деле, если останетесь в моем доме. При любом исходе.

Я не привыкла к долгим решениям, но сейчас задумалась. У меня была возможность вернуться в Стоунвилль и избежать неустойки. Но если вернусь, кем я буду? Защитником, отказавшимся защищать своего клиента? Трусихой? С другой стороны, начинать карьеру со столь большого фиаско? Быть защитником человека, который обречен умереть? Какая глупость!

— Что ж, — вздохнула я. — По рукам.

Были у этого решения и другие причины, и главная заключалась в том, что я для де Вера — последняя надежда.

— Все-таки мы отвлеклись, — откашлявшись, я склонилась над бумагой. — Вы должны ответить на некоторые вопросы. Предупреждаю сразу, юлить нельзя. Готовы?

— Разумеется. Спрашивайте.

— Я многое читала о вас. Пресса, знаете ли, любит искажать факты. Я знаю, вы были отлучены от двора, и у вас была отозвана часть патентов на торговлю.

— Да, но я до сих пор могу торговать специями, — ответил лорд. — Это моя исключительная привилегия, как представителя древнего рода.

— И вы сохранили земли…

— Эта земля закреплена за мной и моими будущими наследниками пожизненно.

— В случае вашей смерти кому отойдут эти земли?

— Короне. Но все не так однозначно. Я планирую наследовать их и, смею надеяться, король одобрит это решение.

— Полагаете, после всей этой истории он будет столь милостив к вам?

— Мы договоримся.

— Вы собираетесь наследовать родственнику… кхм, своему ребенку?

Де Вер вскинул бровь.

— У меня нет детей, госпожа Хоткинс. Незаконнорожденных, в том числе. Родственников у меня тоже нет. Но я планирую завещать все своему управляющему.

— Гм… — нахмурилась я, вглядываясь в лицо лорда.

Как правдоподобно он умеет шутить с серьезным лицом. Шутит же?

— Что ж, ладно. Но почему, позвольте уточнить, вы не выполнили приказ короля?

— Я всегда был верен короне. Я готов к любому приказу, но только не к этому. Жениться на женщине против ее воли и вопреки моим желаниям я не стану.

— Поясните милорд, я все еще не понимаю вашего субъективного «не стану». Брать в жены женщину, которую одобрит король — это древнейший обычай, накладывающий на потомков мортов определенные обязательства.

— Я волен сам принимать решения — вот закон. Разум и свободная воля присущи человеку по праву рождения, госпожа Хоткинс. И я буду защищать это право, даже если придется умереть.

Я на несколько секунд выпала из реальности. Аристократ, толкующий о свободе — что-то новенькое.

— Хотите сказать, — начала я, — что вы заупрямились из-за этого? Из-за собственных убеждений?

— Да.