Книга Мой босс по прозвищу Сатана, страница 36 – Анна Жукова

— Нет, — прикусываю язык.

— Я расскажу всё потом, а сейчас просто верь мне.

— Где-то это я уже слышала, — уже не так строго, но всё же, произношу я, поднимаю палец и как будто в задумчивости слегка постукиваю им по губам, — наверное, когда я оказалась в тюрьме за наркотики.

— Не в тюрьме, а в СИЗО, не за наркотики, а за случайное стечение обстоятельств. Опера́ во всём разобрались, — невозмутимо проговаривает менторским тоном Сата́нов.

— Чёткие формулировки, да? — потираю нос в смущении.

— Угу, Иванова, — Сата́нов довольно улыбается.

Мы замолкаем, в точности исполняя всё, что нам предписывает стюард. самолёт меж тем взлетает.

— Эта компания здесь не просто так, — его взгляд задумчиво блуждает по моим губам.

Не мимолётный для него поцелуй, как и для меня. Он хочет, как и я, ещё. Щёки начинает заливать жар. Отвожу глаза.

— А если нас увидят? — задаю я резонный вопрос.

Сата́нов хмыкает.

— Эти двое оторвут свой зад и проследуют в бизнес-класс, — Андрей Александрович кивает в их сторону.

И точно по мановению движения его подбородка сначала господин «жирный затылок» встаёт и следует к выходу. Затем всё то же самое проделывает Оболенский.

— Поэтому мы не в бизнес-классе? — грустно вырывается у меня.

Сата́нов дёргает уголками губ.

— Именно. Не переживай, обратно мы полетим в комфорте, — обещает он.

Откидывается на сиденье, спиной устраиваясь поудобнее и прикрывая глаза. Я же в задумчивости скольжу взглядом по его профилю и задаюсь вопросами. Значат ли хоть что-то для него поцелуи? И серьёзно ли всё, что между нами закручивается? И закручивается ли хоть что-то или это я себе надумываю?

Надумываю потому что внимание такого мужчины польстило бы любой девушке… Да и могу ли я ему нравиться по-настоящему, учитывая тот факт, что буквально недавно он хотел трахать меня за отработку моего долга ему? Сжимаю крепче челюсть и даю себе зарок не поддаваться сокрушительной сексуальности моего босса.

После многочасового перелёта задница квадратная и мы выходим почти самыми последними и вовремя. Оболенский и Жирный затылок садятся в чёрный бронированный автомобиль. Сата́нов двигается в другую сторону.

— А разве мы не проследим за ними? — спрашиваю я и семеня шажочками едва успеваю за широкими мужскими шагами.

— Я знаю, где они будут, самое главное впереди, — опять загадочно вторит Сата́нов.

Я наверное привыкну. К недосказанности. Но тайна будоражит. Вздыхаю и решаю довериться. Знаю ведь, что пожалею. Мы ныряем в серое авто с водителем и без разговоров добираемся…

— Андрей Александрович, это… это… — стараюсь подобрать я слово.

Водитель несёт наши чемоданы в дом.

— Только конкретно, Иванова, — подсказывает Сата́нов, но голос довольный.

— Это рай… — шепчу я и смотрю на аккуратные бунгало, уходящие прямо в океан, потом с беспокойством на него, — а мы будем жить в… одной комнате?

Сата́нов соблазнительно улыбается.

— Не переживай, я не буду покушаться на твою честь и достоинство, — предупредительным и вежливым тоном проговаривает он.

А мне хочется, впервые в своей жизни, чтобы на них уже наконец-то покусились и я бы точно также таяла в его руках как в комнате следователя.

— О чём мечтаем, Иванова? — спрашивает мой босс, с интересом рассматривая моё лицо.

— Ни о чём, — сквозь зубы и поворачиваюсь по направлению к бунгало, спиной чувствуя его многозначительную и всё понявшую усмешку.